На языке эльфов

Держишь зрительным контактом намертво.

– Ты боишься, – сам удивляешься своим же словам. Как будто лампочка зажглась в тебе. Осенило, – что тоже можешь начать скучать по мне.

Есть банальный ответ-защита. «Не льсти себе». Но это как раз то, что тебе следует делать.

Потому что я уже.

– Неверно.

– Чем докажешь? – И, довольный собой, разворачиваешься ко мне грудью.

Все еще легко, но беззастенчиво улыбаешься. Побеждаешь.

Забыл, что, будь я другой породы, твои нездоровые преследования не вызвали бы ничего, кроме щекочущего страха и механической неприязни.

Не будь я другой сути, другой расы, уже бежал бы от тебя прочь, едва завидев в тени?.

– Ответами.

Не улыбайся так. Я же могу убежать. Пока ты меня окончательно не утопил. Пока я еще могу передвигать ногами. Хоть и с трудом.

– Можно, начну сейчас?

Ты, третьекурсник, выглядишь сейчас как ребенок. Это не желтизна фонарей и не теплые апельсины гирлянд. Ты сам… светишься.

Ну, давай, моя погибель.

– Такой, на который я смогу ответить коротко.

– Почему? Ты замерз?

– Это и есть вопрос?

– Нет. – И так мотаешь головой, что волосы закрывают брови и застревают в лабиринте ресниц.

И стоишь. Смотришь.

Хитрый.

– Я не мерзну, – поддаюсь.

– Я думал, не мерзнут оборотни.

– Это вопрос?

– Нет. – Ты снова улыбаешься. – Когда у тебя день рождения? Вот мой вопрос.

– Это так важно?

– Определенно. В этот день я буду будить тебя поцелуями и выполнять все твои приказы.

– Не будешь.

А руки погнули пару карт.

Карты никогда не лгут.

– Окей. – Со всем согласен, наглец. – Так когда ты родился?

Ну, лови. Ты сам начал с этого вопроса.

– Семнадцатого августа тысяча первого.

– Тысяча… первого? – Морщишься. Думаешь. Как тебе думается? – Типа, нашей эры?

Улыбаешься. Не понимаешь.

Твои непослушные волосы привлекают внимание: машинально бросаю взгляд на вновь открытый лоб.

– Я же сказал, – отмечаю, как меняется образ и даже форма лица, – тебе не понравятся мои истории.

Тебе перестану нравиться я.

Все лопнет скользким мыльным пузырем. Потому что это в вашей природе. Людской.

Непостоянные, полиаморные, эмоционально нестабильные иллюзионисты, чьи фокусы я знаю наизусть. И каждый могу разоблачить.

Следи за рукой, Чон Чоннэ, которого все зовут Джей.

В конце спрошу,

где наперсток.

2

Ты наверняка слышал, как иностранные студенты говорят, что здесь все типично американское.

В первую очередь название. «Калифорния Дрим».