Отчаянный холостяк

Но хотя его одежда, выбранная для путешествия, оказалась немодной (теперь мало кто из джентльменов носил пальто серого с голубоватым оттенком цвета и дымчато-серые брюки), он в ней выглядел так хорошо, что не слишком новый вид костюма едва ли имел значение.

Даже без военной формы сразу же было понятно, что это офицер. Все в нем кричало об этом: от локонов цвета черного дерева, которые он стягивал в хвост, до серых замшевых перчаток и черных кожаных сапог военного образца.

О, да она просто слюни пускала от этих сапог! Носок его правого сапога касался ее юбки, иначе в карете было просто не разместиться, а майор, похоже, не мог толком сгибать ногу в колене из-за ранения.

Гвин жалела, что ей не хватает смелости, чтобы водить носком своего короткого сапожка по носку его высокого сапога. Может, тогда он протянул бы ногу ей под юбку, по крайней мере, достаточно для того, чтобы они могли касаться друг друга сапогами более… э-э-э… интимно.

Может, тогда он наконец взглянул бы на нее. Вулф уже целый час смотрел в окно, а Гвин не могла понять, что такого интересного он там нашел.

Пасха в этом году была ранней, сезон тоже начинался рано, так что настоящая весна еще не пришла. На некоторых деревьях появились почки, но стояла сырая и холодная погода, и шерстяной плащ Гвин не спасал ее от этой сырости и холода даже в карете.

Гвин поежилась, и мать взяла ее руку в перчатке в свою.

– О, моя дорогая, у тебя руки холодные как лед! – воскликнула мама. – Мы обязательно должны купить тебе в Лондоне плащ потеплее.

Да, этот очень красивый, надо отдать должное, но…

– Мой плащ прекрасно подходит для весны, мама, – сказала Гвин, не желая укреплять майора во мнении, что она испорчена и изнежена. – Кроме того, у меня практически не было возможности его носить, когда у нас начался траур. И я не собираюсь упускать эту возможность теперь, просто потому, что сегодня немного прохладно.

– Ну, когда мы будем останавливаться, чтобы поменять лошадей, я попрошу дать нам несколько нагретых кирпичей, – заявила мама.

 – Если согреть ноги, то и самой становится тепло. Я всегда так делаю.

– У нас нет времени ждать, пока согреют кирпичи, мама, – раздраженно вставил Торн. – Нас ожидают в гостинице «Золотой дуб» в Кембридже, как только спустятся сумерки, и я хочу успеть вовремя. Кроме того, я не замерз. А вы, Вулф?

– Чувствую себя прекрасно, – ответил майор, даже не повернув головы от окна.

– Конечно, Джошуа чувствует себя прекрасно, – фыркнула мама.