Вендетта. Хрупкое доверие и обжигающее предательство

Первой, кто получил бы пулю в лоб, была именно ты! Ты это понимаешь?!

– Но ведь я хотела защитить тебя! Признай, что я отлично справилась с ролью наёмной убийцы!

– Да у меня сердце в задницу ушло, когда в сторону, откуда прогремел выстрел, полетел огромный шквал пуль, – недовольно шикнул он, вжимая меня в холодный капот. – За эти пару секунд я сотню раз проклял себя за то, что не сумел уследить за тобой и твоим фантастическим умением искать приключения на пятую точку.

– Что ты так тщательно скрываешь? – резко сменила тему, отчего Эспозито немного опешил.

– Я не хочу об этом говорить, – отстранённо буркнул он.

– Почему ты такой скрытый? – схватила за запястье я, но Стефано одёрнул руку.

– Я такой, какой я есть, Вивьен.

– Так откройся же мне! – потребовала я, крепко обнимая его за талию. – Я приму всё как есть и никогда не буду упрекать тебя за какие-либо ошибки.

– Я виноват в смертях множества людей, крошка, – в полтона отозвался брюнет, глядя куда-то вдаль. – Некоторые из них не заслуживали жестокой расправы, но я всё равно пошёл на поводу у собственных демонов, зверски избавившись от всех неугодных мне людей при этом обрывая всевозможные ниточки, которые могли бы подвести конкурентов, следствие и самых обычных людей к разгадке личности этого самого душегуба, коим являюсь я.

Жалею ли? Да, но, к сожалению, я не тот, кто может даровать убитому новую жизнь. Если бы у меня была возможность воскресить хотя бы одного человека при этом пожертвовав годами своей жизни, то я непременно пошёл на столь серьёзный шаг и отдал своё драгоценное время тому, у кого так по-скотски его отобрал.

На протяжении всего откровения я молчала, внимательно вслушиваясь в каждое слово, что лилось из чужих уст. Стефано говорил сквозь ком в горле. Очевидно, что он до сих пор жалеет и не может простить себя за страшные деяния. Но ведь ужасен не тот, кто уже совершил какую-либо ошибку и с горечью признаёт свою вину, а тот, кто всячески отрицает её, вешая собственные грехи на тех людей, коим они априори не принадлежат.

Крепко сжав его в объятиях, я ласково погладила Стефано по спине, пытаясь успокоить и поддержать.

– Всем нам свойственно ошибаться, и это нормально. Да, ты совершил много плохого, за что теперь не можешь себя простить, но не стоит забывать и хорошее. Ты ведь не такой ужасный человек, каким привыкли изображать тебя твои враги. Они не знают, какой ты на самом деле. Не знают, каким добрым, заботливым, искренним и весёлым ты можешь быть.