Вендетта. Жажда мести и безрассудное влечение

Та, которую на протяжении долгого времени не может найти и наказать ни один пострадавший толстосум.

– Сама как думаешь? – делая пару глотков из своего стакана, улыбнулся брюнет.

– Не больше двадцати семи, – выдвинула предположение я.

– Мне тридцать два, Вивьен, – огорошил меня он. От столь неожиданного заявления я поперхнулась и тихо закашлялась, чувствуя, как горючее неприятно обжигает горло.

Ему действительно пошёл четвёртый десяток?! Никогда бы не подумала, что в таком возрасте можно выглядеть настолько молодо.

– Не ожидала… – качнула головой я. – Что ещё ты скрываешь? Трёх жён и пятерых детей? Возможно, внуков? Признавайся.

– Это всего лишь капля в море, – загадочно молвил Стефано.

Его скрытность только подогревала интерес. Мне захотелось узнать о нём гораздо больше.

– Откуда ты родом?

– Я итальянец, Вивьен. Родился во Флоренции, там и жил до определённого момента, – начал свой рассказ мужчина.

– Каким образом ты находился в Италии и в конечном итоге перебрался в Великобританию?

– Захотел сменить обстановку, – отмахнулся он.

 – Мир в котором я жил стал слишком скучным, поэтому и решил перебраться в неизвестное мне место. Как видишь, этим местом оказалась Англия.

– Давно ты проживаешь на территории другой страны?

– Одиннадцать лет, – в полтона молвил темноволосый.

– Достаточно длительный срок, – причмокнула я.

Расспрашивать о работе, квартире и возможных домашних питомцах не собралась. Почему? Начни я выяснять подробности личной жизни, Стефано однозначно проявит инициативу и поинтересуется о моей собственной.

И что я ему скажу? Что полжизни прожила в детском доме, яро отвоёвывая кусок хлеба? Что меня взял на попечительство опасный преступник? Что создал самого настоящего монстра, хладнокровную убийцу? Не представляю, как такое можно понять и принять.

– О чём задумалась, негодница? – Стефано с особым интересом заглянул в васильковые глаза.

– О самом сокровенном, – я обаятельно подмигнула собеседнику.

– О чём же?

– А это уже не твоё дело, – дополнила я, понимая, что никогда не поведаю правду о себе.

– Поубавь гонор, малышка, – воображаемым тесаком оборвал Стеф.

– Или что? – с вызовом взглянула на него я.

– Я заклею тебе рот, – мелодично прошептал он.

Да-а-а, видимо приятель малость пригубил за двадцать минут до нашей встречи. К слову, выражение «малость пригубил» равно бутылке виски.