Дневник моих откровений

Дневник моих откровений

Сахарова Стелла

Мог ли я представить, что юношеская оплошность изменит в дальнейшем всю мою жизнь. Видеть свои ошибки и признавать их – разные вещи! И можно ли вернуть первую любовь, которую упустил по своей глупости? В романе-размышлении есть первая любовь, измена, описание эмоций и переживаний глазами мужчины.

Сахарова Стелла

Дневник моих откровений

ДНЕВНИК МОИХ ОТКРОВЕНИЙ

Дневник Сергея Ахметзянова перенесет вас в Советский Союз конца 80-х годов. Школа, первая любовь, грезы о будущем окунут в ностальгические воспоминания.

Кто бы мог подумать, что взрослеющему молодому человеку придется не только бороться за свою любовь, но и сопротивляться проклятию, которое взвалила его плечи родная бабушка.

От автора

Идея этой книги появилась у меня давно, я уже написала несколько глав, а потом подумала, что история двух подростков, которые родились и жили в СССР, будет не очень интересна тем, кто об этой эпохе знает только из фильмов.

Но по мере того, как я бралась за написание этой истории, я обнаруживала, что в моей памяти всплывают такие подробности из советской жизни, о которых хочется рассказать, чтобы их не забыли.

Все персонажи являются вымышленными, и любое совпадение с реально живущими или жившими людьми случайно.

Пролог

Меня зовут Сергей Артурович Ахметзянов, в этом году я отпраздновал свой 50-тилетний юбилей, поэтому решил подвести кое-какие жизненные итоги. В молодости я был похож на Михаила Боярского. Помните в советском прокате был фильм «Д’Артаньян и три мушкетера»? Так вот я был похож именно на этого героя: такой же молодой и такой же бесшабашный, но робкий и застенчивый.

Это потом избыток женского внимания и приобретенный любовный опыт сделали меня ловеласом: неотразимым, галантным, но бессердечным. Сейчас я с грустью вспоминаю мой период превращения из Д’Артаньяна в Дон Жуана. Женат я был дважды. Первый раз мой брак заключил по расчету. Нежелание отдавать два года молодости военной службе толкнуло меня под венец. К тому же я усыновил двоих детей и до двадцати семи лет исправно платил супруге деньги, жил самостоятельной жизнью. «Расчётливая» жена требовала совместного проживания и выполнения супружеского долга, постоянно угрожая разоблачением. Но этого она не сделала бы никогда, так как денежное довольствие, которое я ежемесячно ей приносил, компенсировало остальные неудобства.

Долгожданные двадцать семь лет исполнились, и через месяц я получил свободу.