Песнь о любви

На титульном листе очень красивым, женским почерком было выведено: «Ты самый прекрасный, милый и любимый мужчина моей жизни. Поздравляю тебя с твоим профессиональным праздником, желаю стать новым Ли Куан Ю. С любовью, твоя Айжан!»

В те минуты я впервые в жизни узнала, что такое панические атаки! Мне было настолько физически плохо, что было ощущение, что я упала с седьмого этажа, и меня размазало по асфальту, а сверху проехал каток. Я не могла дышать. Но мозг-то воспалено работал. Это не Альбина! Это Айжан! А его профессиональный праздник был неделю назад, я в это время уже была его, а он моим! И я сто процентов не Айжан! Надо ли говорить, что теперь я не люблю всех, кто носит это имя? Однозначно, нет!

Итак, я вырвала эту страницу.

Почему я это сделала? Потому что я познала все прелести ревности! Зашла в спальню, взяла свои вещи, вызвала такси и уехала домой. По приезду домой, я набрала ванну, села в неё и начала рыдать, попутно ругая себя на чем свет стоит: «О чем ты вообще думала? На что ты вообще надеялась? И вообще если человек говорит о верности, с какой стати он должен её хранить? Ты верила в то, во что хотела верить и так далее!»

Мои стенания прервал телефон.

Звонил Ербол. Я скинула. Он звонил, пока я не взяла трубку.

Сонным голосом он спросил, что случилось и где я.

Все, на что я была способна это было:

– Кто такая Айжан? И почему «с любовью»?

На том конце тишина… потом удивленное: «Какая Айжан?! Какая любовь?! Ты можешь нормально объяснить в чем дело?!»

И тут меня прорвало, я ревела как никогда не ревела, даже в шестнадцать лет.

Он положил трубку. Я подумала, что это конец.

И тут через 5 минут сообщения, одно за другим:

– Я приехал! Выходи!

Наспех одеваюсь и с мокрой головой и заплаканными глазами выхожу во двор. Чёрный Авалон как всегда припаркован идеально ровно, Ербол сидит и о чем-то думает, он сердит… я сажусь в машину. Он отъезжает, останавливается, глушит мотор, поворачивается ко мне и начинает говорить.

В тот момент я даже не слышала его слов, у меня пульсировали мысли, одна хуже другой: «Он сейчас меня оставит, зачем я это сделала? Где моя мудрость? И как вишенка на торте – Саида, ты дура!»

– Саида, ты меня слышишь? – произнеся эту фразу он взял меня за руку, только тогда до меня дошли его слова.

– Ты совсем ледяная, подожди я сейчас печку включу.

Он завёл машину, включил печку и снова взял мои ладони в свои руки.