Семья по соседству

В течение нескольких месяцев она жила с чувством страха в глубине живота, с чувством, что в любой момент весь мир может рухнуть. Обычно это ощущение витало на задворках сознания, откуда она могла убежать, но время от времени страх всплывал на поверхность, где его невозможно было игнорировать. Она почувствовала, как слезы подступили к горлу, что было на нее не похоже.

– Я в порядке, – ответила она.

– Ты уверена?

Через очки глаза Найджела казались большими и все понимающими. Это пугало ее. Но что она могла сказать? Я должна тебе кое-что рассказать.

Кое-что важное. Очень, очень важное.

– Конечно. – Она плотно закрыла дверь в комнату Авы. – Пошли готовить ужин.

5

– Доброе утро, Френ! – крикнула Изабелль с другой стороны улицы.

Одна из неприятных вещей в Плезант-Корт заключалась в том, что здесь, казалось, живут одни жаворонки. Френ тоже вставала рано, но скорее из необходимости, чем по своему выбору, – и уж точно не была этому рада в отличие от своих соседей. Возможность побегать у нее, как у матери двоих детей, была только в шесть утра.

Ей казалось, что она в совершенстве овладела искусством избегать непрекращающихся выкриков «Доброе утро!» – глаза вниз, капюшон вверх, наушники в уши. До этого момента.

– Привет, Изабелль, – ответила Френ, не сбавляя темп.

Она подняла руку, глядя прямо перед собой. Изабелль казалась достаточно милой, но было важно с самого начала установить четкие границы. (Найджел любил говорить, что у нее социофобия, но это неправда. Не то чтобы она боялась людей.

Она просто не любила их до семи утра.)

– Вы, наверное, жаворонок, – обратилась к ней Изабелль.

Френ перевела взгляд с дороги на Изабелль и обратно, сдерживая желание завопить. Кажется, теперь уже невежливо продолжать пробежку. Можно притвориться, что не услышала или подумала, что Изабелль разговаривает с кем-то другим. Или просто быть грубой соседкой, которая не общается с людьми. Френ решила, что не может смириться с такой ролью.

Самое смешное, что она никогда бы не подумала, что сама Изабелль любит рано вставать.

Или что ей нравятся добрососедские беседы. Френ считала ее типичной горожанкой, которая живет в квартире в центре города, ездит на велосипеде, дружит с местными бездомными, а не с соседями, серьезно относится к кофе и ходит в веганские кафе, где платит за то, что думает, что еда полезная. Но возможно, Френ ошибалась.

– Наверное, приходится быть жаворонком, когда есть дети, – сказала Изабелль, подходя.