Опьяненный любовью

Гарри нахмурился. С Уолтером он не любил равняться ни в чем, в особенности по этой части. Он тоже не монах, но к возлюбленным относился куда уважительнее брата. Предохранялся, по крайней мере, чтобы не подарить им ребенка.

Благоволили эти девицы и матроны не к одному Уолтеру. Серьезное соперничество ему составлял сын кузнеца Феликс. И очень часто, если не появлялась проседь Грэма, ни одна живая душа, включая мать ребенка, не знала, кто его отец.

И лучше, если им оказывался Феликс. Если у женщины имелся муж, он был обречен на вечное неведение о своих рогах.

Гарри до сих пор помнил, как в поисках старшего брата к ним однажды явился арендатор с вилами наперевес. Обычно проседь Грэма проявлялась у ребенка в возрасте двух-трех лет, но у первенца этого несчастного – в десять.

– …Именно! Я так рада, что вы со мной согласны, лорд Дэрроу.

Гарри вновь вернулся мыслями к леди Сьюзен. Боже, он понятия не имел, о чем она болтала. Полностью утратил связь с реальностью. На службе Грэм никогда не допускал такой невнимательности к окружающей обстановке.

Гарри заставил себя сосредоточиться на происходящем. В конце концов, он пообещал матушке жениться. И сегодня вечером собирался сделать предложение.

Леди Сьюзен засмеялась:

– …По правде говоря, я поразилась мадам Мерчант…

– Маршан, – поправил Гарри, произнеся фамилию по-французски.

Скорее всего, леди Сьюзен все еще щебетала о платье.

«Если я затащу ее в кусты, она, по крайней мере, рот закроет».

Однако Гарри тут же подумал, что спорить об этом не рискнул бы.

Поток ее словоизвержения не остановит, пожалуй, даже поцелуй.

– Мадам Маршан, – повторил он. – У нее магазин рядом с Бонд-стрит.

– О да! Думаю, вы правы, – фыркнула леди Сьюзен. – Как я сказала…

Вполуха прислушиваясь к монологу леди Сьюзен, мыслями Гарри вновь унесся прочь, на сей раз к французской портнихе. В Лондоне он пару раз заходил к Бернадин. С ней Гарри любил оттачивать французский и другие… навыки. Но если он женится…

Впрочем, если Гарри женится, в особенности на леди Сьюзен, ему не придется менять привычки.

Может, она будет ему еще и благодарна за удовлетворение мужской похоти на стороне.

И он женится на леди Сьюзен, если она позволит ему вставить хоть словечко. Никогда еще ему не попадалась особа, умевшая так бойко болтать ни о чем.

«Неужели я и правда хочу жениться на этой болтушке?»

Нет, Гарри не хотел, но выбор у него был небогат. Леди Сьюзен была лучшей из списка матушки.