Покоренная графом

– Но каким образом Шарлотта стала компаньонкой? Она же графская дочь…

– Ты наверняка знаешь, что лорд Бафорд был очень зол, когда она тебя бросила, – нахмурившись, ответила мать.

– Да, конечно, – отозвался Алекс. Он прекрасно об этом знал, так как Бафорд лично привез ему это неприятное известие.

Алекс тогда попытался его успокоить: сказал, что Шарлотта, отменив свадьбу, поступила совершенно правильно, если сочла, что он ей не пара. Разумеется, это было чистейшей правдой.

В последующие дни, путешествуя по Озерному краю, он постоянно говорил себе: «Ничего страшного не произошло, просто мне надо снова заняться поисками жены, вот и все», но затем, в течение недель, проведенных в Лондоне, понял: решение Шарлотты отменить их свадьбу не только поставило его в неловкое положение и разочаровало, но и лишило его уверенности в общении с женщинами.

И в результате он, опять нырнув в светский пруд, пошел ко дну точно камень. Черт подери!

Он всегда так гордился своим умением видеть людей насквозь, но с Шарлоттой…

Как же он позволил так себя одурачить? Ведь он-то думал, что она любит его.

Но оказалось, что не любила.

И теперь всякий раз, как ему хотелось поухаживать за женщиной, его одолевали сомнения – словно кто-то нашептывал ему на ухо: «А если тебя снова одурачат?»

– … Разумеется, разразился грандиозный скандал, – говорила мать. – Бафорду требовалось срочно отослать Шарлотту куда-нибудь подальше, и тут, к счастью… – Она умолкла и пожала плечами.

 – Ох, конечно, нельзя назвать смерть человека счастьем, но Элдон был нездоров и его уход в мир иной случился как нельзя вовремя. То есть Имоджен понадобилась компаньонка как раз в тот момент, когда Шарлотте понадобилось покинуть Лондон.

– Понимаю… – пробормотал Алекс.

Диана пристально взглянула на него и спросила:

– Ты ведь уже преодолел свои чувства к ней?

– Да-да, конечно, – поспешно ответил Алекс.

Он никогда не говорил с матерью и сестрой о своих чувствах, и уж точно не собирался делать это сейчас. – Разумеется, ситуация была неприятная, но все давно в прошлом, поверь.

– Говоришь, «неприятная»?.. – Диана нахмурилась. – Да ведь она тебя оскорбила! Ты старался это скрыть, но мы-то с мамой все видели…

– Да, в тот момент… конечно. – Алекс поерзал в кресле. Ему бы очень хотелось, чтобы мать и сестра не лезли в его дела.