Джентльмен-повеса

Энн была готова придушить Эви, но не была уверена, что не умрет от унижения еще раньше.

– Где вы познакомились с Энн, сэр? – спросил Филипп, не переставая чесать живот Гарри. – Она не была в Лондоне. Она вообще нигде не была.

– А вы никогда не приезжали в Крейн-Хаус, – добавил Джордж.

У Энн екнуло сердце. Великий Боже! Воистину, устами младенца глаголет истина. Она и Стивен еще не успели придумать правдоподобную историю – не было времени.

Она покраснела. А то время, которое было, они использовали не так, как следует.

– Пусть Энн сама расскажет вам нашу историю, – заявил мистер Паркер-Рот.

Что?

Теперь все смотрели на нее. Ее мозг – та его часть, которая сейчас не проклинала некого джентльмена из высшего общества, – отказывался функционировать.

– Я… познакомилась с мистером Паркер-Ротом в доме у барона Геддинга.

Она на мгновение прикрыла глаза. Зачем, спрашивается, она это сказала? Ведь давно обещала сама себе никогда не вспоминать ту ужасную вечеринку.

– У барона Геддинга? – Филипп был искренне удивлен.

 – Когда ты была у барона Геддинга, Энн?

– Это было очень давно. – Ну вот. Теперь она будет выглядеть полной идиоткой. – Пожалуй, вскоре после вашего рождения.

– Я помню, – вмешалась Эви. – Хотя мне тогда было только семь лет. Ты действительно вернулась другая. – Она нахмурилась. – Но ты была тихой и грустной. А должна была радоваться жизни, если влюбилась.

Что можно было на это сказать? Она вовсе не влюбилась тогда, скорее лишилась иллюзий.

Дни после той злосчастной вечеринки были ужасными.

Ее взгляды на мир и свое место в нем претерпели резкое изменение. Она перестала быть доверчивой невинной девочкой.

Хорошо хоть месячные продолжались регулярно, так что ей не пришлось опасаться нежелательной беременности от Брентвуда.

– Мне показалось, – заметила Эви, – что ты так и не стала такой же веселой и жизнерадостной, как до той вечеринки.

Слава Всевышнему, мистер Паркер-Рот все же соизволил прийти ей на помощь!

– Тогда мы были слишком молоды, чтобы думать о женитьбе, – по крайней мере я.

Мне было только девятнадцать лет.

«И ты лишь начинал свой путь к титулу Червового Короля, – подумала Энн. – Вернее, Короля Сердец».

– Так что нам пришлось расстаться. – Он снова взял Энн за руку. – Боюсь, что в свои девятнадцать я был весьма поспешен и опрометчив. Думаю, тогда я причинил Энн боль.

Энн ощутила досаду, вслушиваясь в романтическую чепуху. Джордж внимал истории, разинув рот и прижав руки к груди.