Анжелика и принц

Поэтому всё разливалось, куда не надо, ванна не хотела нагреваться, а лёд в форме для сладостей – замерзать. Но с таким упорством, которое показывала Анжелика, всё это представлялось Орельену делом времени. За воздух же и землю они пока ещё не брались.

Но оказалось, что Анжелика, кроме чистых стихийных сил, слышит металл – это давало в будущем возможность создания артефактов. И магии жизни ей тоже щедро отсыпали – тренировалась на семечках, выросли у неё какие-то невиданные цветы огромного размера.

И ещё с ней было весело.

Она обладала чудесной способностью смеяться над всем и всеми, и даже если минуту назад злилась и ругательски ругалась, то стоило увидеть что-то хорошее, то – сразу же прямо расцветала. Ещё она была великой придумщицей всяких каверз, и в этом деле Орельен её отлично понимал. Ничего злого она не совершала, а повеселиться – святое ж дело!

И Анри дурак, что всего этого не видит и не слышит.

Жакетта

Спасибо тебе, господи, говорила Жакетта.

За то, что направил мою матушку в спальню моего отца семнадцать лет назад.

Потому что именно от отца я получила магическую силу, а если бы не она – не видать бы мне в жизни ничего хорошего, была бы прачкой, как мать.

За то, что мать работала на графа Безье, и он не повелел меня утопить, как поступали с магически одарёнными детьми крестьян и прислуги некоторые его приятели. А сам взялся объяснять, что и как с этой магией.

За то, что позволил побывать в монастыре святой Гертруды и поучиться там.

Граф-то думал, что святые сёстры как-то пробудят силу в его дочери, но там всё было глухо, а вот мне они очень помогли.

За то, что толкнул Сюзетт в объятия дворецкого Клода, и дал им дитя, и Сюзетт не поехала в Лимей с госпожой Анжеликой.

За то, что господин граф вспомнил обо мне, когда надо было найти новую камеристку для его дочери.

За то, что уберёг меня от той кончины, которая настигла госпожу Анжелику, а ведь повелела бы она пробовать всю её еду – и не было бы уже меня на свете.

За то, что дал новую госпожу Анжелику, стократ лучше прежней. Потому что она добра и великодушна, а те, кто говорит иное – дураки и еретики. Потому что с ней всегда можно и поболтать, и посмеяться, и обсудить всё-всё-всё, и поплакать – если уж совсем туго. О нет, она не железная, что бы о ней не говорили, она не капризная и не глупая. Она просто чужестранка, для неё здесь всё – не родное, и ей очень сложно привыкнуть к тому, как живут у нас.