Хранительница его сокровищ

– Что там за история с какой-то нищей грязнулей? Почему его милость Пьетро решил, что она где-то у вас?

– Господин Карло, подумайте – зачем мне, зачем всем нам какая-то нищая грязнуля? Откуда ей тут взяться?

– Ну как же, у неё же, говорят, сестрица у вас! Не то на службе, не то на обучении!

Астальдо картинно вздохнул, глянул в небеса, потом снова в зеркало.

– Дорогой господин Карло, вы думаете, я знаю родословную каждой низкородной служанки или ученицы? Зачем мне это? Мне важна лишь та ценность, которую представляет девица сама по себе.

– Охотно верю, дорогой Астальдо, но боюсь, его милость Пьетро захочет поговорить с тобой сам. Пусть для тебя это не окажется сюрпризом, хорошо?

– Спасибо, что предупредили, господин Карло, – коротко кивнул Лис и убрал зеркало. – Ну что, допрыгались? – он обвёл тяжёлым взглядом Сокола, Лизавету и тело на траве. – Ещё только не хватало пристального внимания дворца к нашей обители! Честное слово, Фалько, я готов наплевать на то, что почти всё готово, и вернуть тебя в подземелье на ближайшую неделю! Мои предсказательские способности невелики, но я чую, что по твою душу после сегодняшнего представления непременно кто-нибудь явится!

– Нет, Астальдо, – покачал тот головой, на этот раз серьёзно.

24. Лизавета исчезает в ночи

Лизавета бежала к дому – разыскать Аттилию и вызнать у неё всё о сестре. Но та нашлась сама – сидела у дверей дома на лавке и дрожала, как осиновый лист.

– Тилечка, где твоя сестра?

– Тут, – тихо проговорила девочка. – Обе они тут.

– Розалия – я правильно помню, с принцем загуляла Розалия? – остаётся здесь, Камилла отправляется домой. Такое решение принял господин Астальдо.

– Как же она доберется домой ночью?

– Господин Фалько сейчас пришлёт двух своих учеников, они отвезут.

– Камилла, слышала? Вылезай!

Из-под мраморной лавки появилась бледная мордашка. Да, Лизавета определённо видела эту девочку. Только тогда она неприлично ругалась на сестру, а сейчас была тиха и перепугана.

– Что? Домой? Я не поеду домой!

– Ты тоже повздорила с его милостью? – поинтересовалась Лизавета.

– Нет, – замотала головой та.

– А вторая где? – проверить на всякий случай.

Вторая вылезла из-под той же лавки – как они там все помещаются, карман там какой-то, что ли? О да, эта красотуля была накрашена и частично обнажена. Остатки краски так и не отмыты, хотя ревела, судя по всему.