Огонь и Вода

Вот только кот не хотел обратно и вцепился в футболку Рыжего всеми четырьмя лапами.

– Видишь? Он хочет к тебе! Я ему даже никакого имени не давала пока, надеялась, что он кого-нибудь выберет. Он выбрал тебя, – заявила нахальная девица.

Метнулась вглубь квартиры, выскочила с большим пакетом в руках.

– Я донесу! Там корм, наполнитель и лоток! И ещё миски и игрушки!

Фиалочка смотрела на всё это с улыбкой и не сказала ни слова. А Рыжий подумал, что кота можно будет подарить сестрёнке Андре – она маленькая, ей подойдёт.

А пока – ладно уж, домой.

На улице мелкая Анриетта с восторгом оглядела машину Рыжего – обошла всю, потрогала. Завистливо повздыхала. Но Рыжий разве что подмигнул ей и передал кота забравшейся внутрь Фиалочке.

– Держи, что ли. Раз уж твоя сестрица нам его выдала.

Впрочем, целоваться на светофорах кот не мешал совершенно. Он флегматично поглядывал на них с колен Фиалочки янтарными глазами и разве что цеплялся за её шорты, когда она наклонялась к Рыжему слишком сильно и он терял равновесие.

Но потом всё равно приходилось отлипать друг от друга и ехать дальше.

– На, закажи нам какой-нибудь еды, – Рыжий сунул Фиалочке свой телефон с открытым приложением. – Какую любишь.

Сначала хотел сам, потом подумал, что не один же едет, можно и попросить?

– А у тебя есть проверенная доставка? Я не разбираюсь, – вздохнула она.

– Я пробовал разве что дальневосточную, кухню Срединного моря и обычные пиццы.

Сошлись на лапше в коробочках и салатах к ней, вино у него есть, и минералка, ещё есть черешня, много, и арро тоже есть.

И печка работает. А коту выдали еды. Так что все насущные вопросы решены, можно целоваться дальше.

Глава седьмая, в которой задаются неудобные вопросы

И снова Катрин проснулась… где-то в доме мужчины. Рыжеволосого красавца-мага, к тому же её начальника. Вот только не хватало!

Ладно, не обманывай себя. Он же тебе нравится так, что ты не можешь с ним в одном помещении спокойно находиться! А можешь дышать, как следует, только если касаешься его хоть немного, хоть чуточку, хоть одним пальцем!

Катрин в жизни избегала слова «любовь», считала его пригодным лишь для театра, кино и художественной прозы.

В поэзии она ничего не понимала, поэтому с ней и не сравнивала. Эх, да причём же тут любовь, это же просто… нездоровье это какое-то, вот. Потому что не удаётся ясно мыслить, а думаешь всё время о нём. Это когда его нет рядом.