Трудная невеста, или Как довести суженого до ручки

– Потому что вы слишком слабы для прогулки, – объяснил он. – Я издалека заметил, что вы бледны. Скажите честно, вы применили какие-то чары, чтобы воздействовать на Вольфа? – спросил он полушутливо, но что-то в его голосе меня насторожило. Этот волчонок все-таки в чем-то меня подозревает и сразу раскусил мою игру.

– Лишь чары природного женского обаяния, – ответила я своим обычным голосом, не пытаясь казаться глупышкой. Какой в этом смысл, если Чак уже меня раскусил?

– Верю, – неожиданно легко согласился он со мной.

 – Он хороший мужчина и станет вам заботливым и преданным супругом, – заверил меня оборотень.

«Нет» – хотелось твердо ответить мне, но я лишь кивнула и расплылась в благодарной улыбке. Хотела сказать что-то еще, но в окно кареты ударил порыв ветра, принеся с собой запах леса – живого, чистого, полного энергии.

– Мы едем на рынок? – я выглянула в окно, за которым неспешно проплывают деревья. Лес, природа, жизнь – моя родная стихия и мое спасение.

– Именно, – подтвердил Чак. – Вам там понравится…

– Нет, мне нравится здесь, – перебила я его и ловким движением вытащила из кармана платья пучок сонной травы.

Не успел оборотень понять, что это такое, как я влила в нее каплю своей ведьмовской магии и дунула. «Заряженная» пыльца полетела в сторону моего соглядатая. Оборотни – сильные существа, но устоять против живой природной магии не в силах даже они.

Глаза Чака осоловели, а спустя пару секунд и вовсе закрылись. Плечистая фигура обмякла, он начал заваливаться набок.

Я вскочила с места и поддержала его за плечи, чтобы этот медведь не соскользнул в проход кареты. Ох и тяжелый он! Карета тут же остановилась, а значит, управление замыкалось на Чака.

Уложив на сидение крупное туловище оборотня, я поняла, что его ноги просто не помещаются. А если он очнется раньше времени и возьмет мой след? Нужно как-то задержать этого песика… Хм… В голову пришла неожиданная идея, дерзкая, но действенная.

Решив идти до конца, я потянулась к пуговицам на камзоле оборотня и принялась освобождать его от одежды.

Когда дело было кончено, я вышла из кареты и принялась освобождать лошадей.

– Бедные, – вздохнула я, увидев, как узда впивается в челюсти несчастных животных. Сняв с них это орудие пыток, я отпустила лошадей на волю. – Идите, – сказала им, и те, не теряя времени, побрели в сторону леса. Лишь один конь, который стоял самым первым, остался стоять на месте. – Поможешь мне? – обратилась я к нему, погладив симпатичную морду.