Пока ты моя

– Наверху у вас будет немного тишины и покоя. Я устрою тут «бесполетную зону» для мальчиков.

– О, в этом нет необходимости. Мы можем весело проводить здесь время.

Я снова осматриваю комнаты, оживленно забегая в каждую, как взбудораженный ребенок. В спальне – наклонный потолок и маленькое окно, выходящее в сад, в ванной я вижу лохань на ножках и старомодный туалет.

– Это мне по душе, – отчаянно пытаюсь дать понять, что мне все нравится, не выдав при этом ненароком то, что фактически я – бездомная.

Мы возвращаемся на кухню, где Джеймс опять прячется за своей газетой, и Клаудия вручает мне какой-то список.

Ух ты, аж на двух страницах!

– Тут кое-что для вас, возьмите с собой и обдумайте наше предложение, – говорит она. – Это список обязанностей и всего того, что мы ожидаем от вас. Плюс перечень того, чего делать не нужно.

– Великолепная идея. В таком случае неразберихе не осталось ни малейшего шанса, – отзываюсь я. И размышляю о том, что, сколько списков ни напиши Клаудия, какие основополагающие правила и должностные инструкции она ни придумай, этого все равно в конечном счете окажется недостаточно.

 – Я всегда открыта для предложений, исходящих от семей, с которыми работаю. Мне нравится устраивать еженедельные встречи с родителями, чтобы обсуждать, как дела у их детей, и все такое.

В этот момент близнецы начинают прыгать рядом со мной, как пара тявкающих терьеров.

– Погляди мой, погляди мой!

– Нет, мой!

– Только посмотрите, что вы устроили, – смеется Клаудия, но вдруг подхватывает себя под поясницу.

Потом прислоняется к столешнице, и лицо ее искажается гримасой.

– Ты в порядке, дорогая? – Джеймс пытается встать, но Клаудия машет на него руками, одними губами произнося: «Все хорошо».

– Что ж, покажите-ка. Хм… На этом рисунке я напоминаю пришельца из космоса с огромными розовыми губами и без волос. А на этом, полагаю, я – наполовину человек, наполовину лошадь, да еще и с гривой до земли.

– Не-е-ет! – хором тянут мальчики.

Они хихикают, и Ноа толкает Оскара.

Тот умудряется удержаться на ногах.

– И какой, какой из них лучше?

– Они нравятся мне одинаково. Вы – блестящие художники и оба – победители. Я могу оставить их себе?

Мальчики благоговейно кивают, и их рты широко открываются, обнажая крошечные зубы. Близнецы радостно убегают, и до меня доносятся звуки водопада деталей «Лего», словно в детской вывалили на пол целую коробку.

– Думаю, вы – настоящий хит, – констатирует Клау дия.