Сезон костей

– Если справишься с испытаниями, останешься со мной навсегда. Если нет, придется тебя выгнать. Поверь, жить на здешних улицах несладко, – предостерегающим тоном добавил Арктур.

Я снова промолчала. Нашел чем удивить! Несладко. Можно подумать, в Лондоне лучше.

– Ты ведь не немая. Ответь что-нибудь, – потребовал рефаит.

– Не знала, что можно говорить без разрешения.

– Даю тебе такую привилегию.

– Мне нечего сказать.

Арктур впился в меня обжигающим взглядом.

– Мы живем в резиденции «Магдален», – сообщил он, отворачиваясь.

 – Ты девочка сильная, дойти сможешь.

– Дойду как-нибудь.

– Вот и прекрасно.

Мы вышли на улицу, где артисты как раз заканчивали представление. Неподалеку гимнастка укладывала в мешок свой сценический костюм. У нее была аура гадалки и синяки каторжницы. При виде меня девушка поспешно отвела глаза.

Резиденция «Магдален» оказалась внушительным зданием, словно сошедшим с полотен прежних эпох, – часовня, колокольни, огромные стрельчатые окна, переливающиеся в свете факелов.

Едва мы очутились под сводами, колокол пробил пять. При нашем появлении мальчик в алой тунике почтительно склонил голову. Я покорно брела за Арктуром по анфиладе бесконечных темных коридоров. Миновав каменную винтовую лестницу, мой провожатый достал медный ключ и отворил массивную дверь.

– Входи, – бросил он через плечо. – Твой дом теперь здесь, в башне Основателей.

Я обреченно осмотрела свою новую тюрьму.

Дверь вела в просторную комнату с довольно скромной, почти спартанской обстановкой.

Голые белые стены, только на одной красуется увенчанный тремя цветками герб в черно-белую клетку, эдакая шахматная доска. Окна во двор скрыты тяжелыми красными портьерами. Напротив восхитительного камина – пара кресел, в углу – красная кушетка, на ней шелковые подушки. Напротив высятся старинные часы. В полумраке звучит проигрыватель: мелодия из «Мрачного воскресенья». Возле роскошной кровати с балдахином примостилась изысканная тумбочка. Под ногами мягкий ковер с замысловатым рисунком.

Арктур запер дверь и спрятал ключ в карман.

– Давно не имел дела с людьми, подзабыл ваши привычки. Понадобится что-нибудь – говори. Вот тут, – он постучал по столу, – лежат таблетки. Будешь принимать по одной на ночь.

Я не ответила и сосредоточилась на его призрачном лабиринте. Древний и таинственный, он сиял в эфире, точно волшебный фонарь.

Тот чужак в секторе I-4 явно был рефаитом.