Обитель Апельсинового Дерева

Он, конечно, знал, что рано или поздно Сабран выберет себе супруга – королеве иначе нельзя, – но всегда полагал, что это будет человек Хрота, второго по силе среди стран Добродетели. А она предпочла Обрехта Льевелина, внучатого племянника покойного князя Леоварта, искавшего руки Сабран, невзирая на огромную разницу в возрасте.

– К моему прискорбию, – заметила донмата, – я не приглашена на церемонию бракосочетания. – Она склонилась вперед. – У вас на лице тревога, благородный Артелот. Скажите мне, что вы думаете.

Разве Рыжий князь не достоин разделить ложе вашей госпожи?

– Сердце королевы Сабран – ее личное дело, моя госпожа, – отрезал Лот. – И здесь не место о нем рассуждать.

От прокатившихся по залу смешков у него зазвенело в позвоночнике. Донмата за своей страшной маской от души поддержала веселье.

– Сердце ее величества – ее личное дело, но не ее ложе. Говорят ведь, что в день, когда прервется род Беретнет, Безымянный вернется к нам. Если Сабран не желает этого, разумно ли ей… открывать свое государство для князя Обрехта?

Новые смешки.

– Я молюсь, чтобы род Беретнет продолжился до конца времен, – заговорил Лот, не успев обдумать вырвавшиеся слова, – потому что он стоит между нами и хаосом.

Стражники одним плавным движением обнажили рапиры. Смех замер.

– Остерегитесь, благородный Артелот, – посоветовала донмата. – Не говорите слов, в которых могут увидеть оскорбление Безымянному. – По ее знаку стражники убрали оружие. – А знаете, до меня доходили слухи, что принцем-консортом станете вы.

Или вы оказались недостаточно высокородным для любви королевы? – Не дав ему возразить, она хлопнула в ладоши. – Не будем об этом. Здесь, в Искалине, мы не оставим вас в одиночестве. Музыканты! Сыграйте «Тридцать шагов». Дама Приесса будет танцевать с благородным Артелотом.

Приесса тотчас ступила на мраморный пол. Лот, совладав с собой, подошел к ней.

Танец тридцати шагов разучивали при многих дворах. В Инисе он был запрещен Лиллиан Пятой, которая сочла его непозволительно вольным, но ее преемницы оказались снисходительней.

Так или иначе, большинство придворных его знали.

Под бодрый наигрыш музыкантов Приесса сделала реверанс, а Лот поклонился партнерше, после чего оба, повернувшись лицом к донмате, взялись за руки.

Поначалу он чувствовал себя скованным. Дама Приесса оказалась легка на ногу. Лот прошел вокруг нее, ни разу не позволив каблукам коснуться пола.

Она повторила его движение.