Обитель Апельсинового Дерева

Я лично ничего не имею против королевы Сабран, но родилась в суеверных краях, а в Беретнетах в самом деле есть некая странность. У каждой королевы только по одному ребенку, всегда дочери, и между ними такое сходство… не знаю. Похоже на колдовство, на взгляд…

– Тень!

Мелаго развернулась. Крик донесся с «вороньего гнезда».

– Опять виверна, – выдохнула она. – Извиняюсь.

Она принялась карабкаться по вантам. Кит подбежал поближе:

– Виверна? Никогда их не видел.

– И незачем нам их видеть, – вмешался Лот.

По плечам у него бегали мурашки. – Нам здесь не место, Кит. Идем вниз, пока…

– Подожди. – Кит заслонил глаза от света. Ветер трепал его кудри. – Лот, ты видишь?

Лот скосил глаза к горизонту. Низкое красное солнце почти ослепило его.

Мелаго, цепляясь за выбленки, поднесла к глазам подзорную трубу:

– Чтоб мне… – Она опустила трубу и подняла снова. – Плам, это… глазам не верю!

– Что там? – крикнул ей квартирмейстер. – Эстина!

– Это… высший западник! – хрипло отозвалась она.

 – Высший западник!

Ее слова упали как искра на трут. Порядок на палубе развалился. Лот почувствовал, как каменеют у него ноги.

– Готовьте гарпуны, цепные ядра, – крикнула морячка из Ментендона. – Ждите пожара. Не задевать его, если не нападет.

Лота, когда он увидел, холод пробрал до мозга костей. Он не чувствовал ни рук, ни лица.

Этого быть не могло. Но это было.

Змей. Чудовищный четвероногий змей почти двухсот стоп в длину от рыла до кончика хвоста.

Это уже не мелкая виверна, грабящая стада.

Этой породы не видели веками, с последних дней Горя Веков. Самые могущественные из драконьего племени. Высшие западники, самые большие и беспощадные из драконов, ужас змеиного рода.

И один из них пробудился.

Зверь скользил над кораблем. Когда он прошел прямо над головами, Лот почуял его внутренний жар, смрад дыма и извести.

Медвежий капкан пасти. Раскаленные угли глаз. Они вписались в его память. Он еще ребенком слышал сказки о таких, находил страшные картинки в бестиариях – но даже самые мучительные кошмары не вселяли в душу подобного ужаса.

– Не трогать! – крикнула ментка. – Выжидать!

Лот прижался спиной к мачте.

Невозможно было отрицать свидетельство собственных глаз. Это существо, окрасься его чешуя красным, было точным подобием Безымянного.

Команда суетилась, как мураши в залитом водой муравейнике, но змею, как видно, было не до них. Он пронесся над Лебединым проливом.