Жена на одну ночь. Больше не твоя

 – Наслаждайся, моя королева, – друг опустил поднос мне на колени и…потянулся за совсем не дружеским поцелуем. Каким-то чудом мне удалось увернуться от его губ и прикрыться одеялом.

Я словно очнулась от долгого и невероятно реалистичного сна. Хотя, скорее, наоборот: заснула и попала в сюрреализм. Что здесь происходит?! Неужели Алессандра, эта благородная ромашка, закрутила роман с разгильдяем Пашкой?!

– Что-то не так? – мой «паж» не понял нервной реакции своей госпожи. – Не понравился завтрак?

– Паша, вот уж не думала, что ты скатишься до уровня слуги! – бросила я, скрываясь за дверью спальни в облаке одеяла.

Понимаю, что друг уже видел все, что только можно, но все равно неловко!

Кстати, а где я? Меня окружали вовсе не ободранные стены общежития, а евроремонт с точечным освещением и элитной мебелью. Да здесь потолки высотой метра три! Я таких никогда в жизни не видела, разве что, у Дэйрона в замке.... За спальней оказался коридор, из которого открывался вид на комнату с панорамным остеклением.

Увидев эту роскошь, я так и застыла, укутанная в одеяло. Аж челюсть уронила. Заметила даже лимонное дерево в горшке! Вопрос «Где я?» пришлось немного расширить. От изобилия элегантной красоты и цитрусовых, я заподозрила, что нахожусь как минимум в Арабских Эмиратах!

– Алессандра!

Стоило мне запереться в ванной, чтобы переодеться, как туда начал ломиться Пашка. Сначала стучал рукой, но с каждой секундой его напор нарастал. Вот же настырный! Уж я-то знаю, что он не отступится.

БАХ! – последовал удар в дверь кулаком.

– Я напугал тебя? Что происходит? Моя королева, открой, я переживаю! – он с силой дернул дверь. Натянув на себя летнее платье, которое висело на крючке, я поняла, что еще немного, и мой друг просто-напросто выбьет дверь. Пришлось открыть.

– А теперь объясни мне, что здесь происходит, – потребовала я. Пашка замер, глядя на меня растерянно, как мышонок, которого застукали за воровством сыра.

– Са-сашка? – неуверенно предположил он, прищурившись.

– Сашка, Сашка, – кивнула я, сложив руки на груди.

 – Что, друг мой? – склонила голову набок, увидев, как Паша разочарованно выдохнул. – Я уже не королева? – повисла неловкая пауза. Друг детства нахмурился и смотрел на меня исподлобья, как обиженный щенок, у которого отняли любимую косточку. Нечего хмуриться! Меня этими штучками не проймешь.

– Вернулась все-таки, – буркнул он, будто перед ним пропащая кошка нарисовалась.

– Рассказывай, – потребовала я, уперев руки в бока.