Ход королевой

Мысль об убитых товарищах жгла огнем. В порыве ярости я обернулась, широко раскинув руки, и знаком велела Дрисколлу спрятаться мне за спину. С развевающимися на ветру волосами я стояла, живым заслоном ограждая друзей.

– Пейдж, какого дьявола ты творишь? – испугался Ник.

– Они не станут стрелять. – Я не отводила взгляда от вертолета. – Побоятся проломить лед.

– С чего бы это вдруг?

– Им нужно взять меня живой.

Мы угодили в западню. Над рекой кружил вертолет, готовый в любую секунду открыть огонь. Возможно, они поостерегутся стрелять прямо сейчас, но стоит нам выбраться на сушу, как меня захватят в плен, а остальных просто-напросто убьют.

Пускай нам удалось выиграть время, но в конечном итоге Вэнс загнала нас в угол.

Повеяло чем-то едким. На лед, гонимый полчищем фантомов, стремительно наползал туман. Это капноманты обеспечивали нам прикрытие. Я попятилась, увлекая команду за собой, в облако. Вертолет, накренившись, скрылся из виду.

Дымовая завеса надолго не спасет. Обратный путь мы проделали быстро.

Даже чересчур. У самой кромки лед подо мной хрустнул и лучами разбежался в разные стороны. Не мешкая, я оттолкнула Дрисколла подальше – и ухнула в прорубь.

На долю секунды я будто умерла.

Черные воды Темзы сомкнулись над головой. Меня камнем утянуло на дно. Острые ножи вонзились в ребра, полоснули по ногам, плоть от пупка до горла разверзлась, однако моими стараниями внутрь не проникло ни капли.

От нехватки кислорода саднило легкие. Незримый огонь пожирал внутренности.

Ледяные иглы впивались в кожу, причиняя невыносимую боль. Голосовые связки зашлись в беззвучном крике. Я отчаянно боролась с водяной толщей, но конечности словно одеревенели.

«Лондон не прощает предательства, – нашептывал из недр памяти Джексон. – Он уничтожит тебя, лапушка, загонит глубоко под землю, в чумные ямы. В самые темные недра своего сердца, где гниют тела других предателей».

К дьяволу его! Если мне и суждено умереть, то не такой позорной смертью. Тепло разлилось у меня по венам, придавая сил.

Я разорвала комбинезон и, избавившись от балласта, принялась лихорадочно грести в затхлой воде. Темнота дезориентировала, я билась, точно рыба об лед, не разбирая, куда плыть, пока не вынырнула наконец на поверхность. На морозе дыхание моментально превращалось в пар. Бурное течение несло меня вперед, оцепеневшие мышцы не слушались.

До берега не добраться – слишком далеко. На плаву не продержаться – слишком холодно.

Меня снова утянуло вниз.