Каста мимов

Да, Джекс способен на красивые поступки, но добрым его не назовешь. То же самое с показной заботой. Мне потребовались годы, чтобы очнуться и узреть истину.

– Той ночью, когда отремонтированный состав спустили на рельсы, – рассказывал Ник, – Дани проникла в туннель по пропуску, который украла у инженеров. А после впустила нас.

– И вас не остановили?

– Просто не увидели. Когда в поезд сажали эмиссаров, мы уже спрятались в техническом отсеке. Легионеры туда не вхожи, поэтому сама поездка прошла спокойно.

– Но ведь эмиссаров сопровождали зрячие легионеры! – воскликнула я. – Мимо них и муха не проскочит.

– Мы затаились, пока не выпустили эмиссаров, – объяснил Ник. – Правда, охранник запер дверь с той стороны, но нам удалось найти заброшенный туннель за решеткой. По нему выбрались на улицу, оттуда – через заднюю дверь в «Гилдхолл».

Заброшенный туннель! Если Страж знал о его существовании, есть шанс, что мой куратор сейчас жив-здоров.

– Вы точно рехнулись! – вырвалось у меня.

– Мы должны были спасти тебя! – отчеканила Элиза. – Джекс настроился решительно.

– Джекс не такой дурак. Всей шайкой сунуться в Сайенский поезд без страховочной сетки – в высшей степени глупость.

– Может, ему просто надоело просиживать штаны в кабинете.

– Главное, ты снова с нами, Пейдж. – Ник подался вперед. – Теперь твоя очередь.

Я уставилась в бокал с салепом:

– Это долгая история.

– Начни с той ночи, когда тебя похитили, – подсказала Элиза.

– Началось все намного раньше. В далеком тысяча восемьсот пятьдесят девятом году.

Они выразительно переглянулись.

Рассказ и впрямь затянулся. Я обстоятельно поведала, как в 1859-м на землю из загробного мира – перевалочного пункта между жизнью и смертью – явились рефаиты и эмиты. Случилось это, когда под напором множества неприкаянных душ размылись границы между мирами и рухнул эфирный порог.

– Ладно, – кивнула Элиза с таким видом, словно боялась расхохотаться.

– Если честно, сама до сих пор не поняла. Внешне очень похожи на людей, только кожа с металлическим отливом. А еще они высокие, настоящие гиганты. Глаза у них желтые, но когда рефаит… ест, радужная оболочка меняется под цвет поглощаемой ауры.

– А эмиты?

Слова нашлись не сразу.

– Наверняка не скажу – они появляются лишь в полной темноте, ничего не разглядишь, но… – Мою речь прервал судорожный вздох.