Каста мимов

 – Рот-до-Ушей, убери нож.

Та недоуменно уставилась на него:

– Но ведь она так и не раскололась. Нельзя ее отпускать!

– Покалеченная она нам даром не нужна. Белый Сборщик не даст ни гроша за сломанную куклу.

– Эта сука не признается, где была. Ты же сам говорил…

Недолго думая, Гектор залепил ей звонкую пощечину, раскроив тяжелым перстнем губу.

– Не смей мне указывать, – прошипел он.

Рыжая коса растрепалась, волосы упали девушке на лицо. Злобно покосившись на меня, Рот-до-Ушей сжала кулаки и отвернулась.

– Прости.

– Извинения приняты, – милостиво кивнул Гектор.

Кодла многозначительно переглянулась, но лыбился один Бивень. Всех подручных Гектора роднило наличие мелких шрамов на лице. Окинув меня напоследок взглядом, темный владыка приобнял Рот-до-Ушей за талию и повел прочь. Не знаю, что творилось в голове у подельницы, но весь ее вид выдавал крайнюю нервозность.

– Босс, – окликнул Бивень, – мы ничего не забыли?

– Ах да! – всплеснул руками Гектор. – С тебя должок за карты, Странница.

Вперед выступил Проныра. Не успела я увернуться, как здоровенный кулак врезался мне в челюсть, а потом в живот. После четвертого удара из глаз у меня посыпались искры, ладони больно шваркнулись о землю. Не будь мой противник таким громилой, можно было бы рискнуть и врезать в ответ, но я не для того сражалась за жизнь, чтобы бесславно окончить ее в вонючем проулке.

На прощанье Проныра пнул меня тяжелым сапогом:

– Овца!

Смачно плюнув в меня, он преданной собачонкой засеменил за хозяином.

Во мне кипела боль, из горла рвались натужные хрипы. Трусливый подонок! Бивень давно искал повода поквитаться со мной за наш последний турнир по тароччи и не придумал ничего лучше, чем натравить Проныру. Ну до чего же глупо устраивать вендетту из-за карт! Впрочем, шайка Гектора только тем и промышляла. Синдикат для них давно уподобился большой игре.

Кряхтя, я встала на четвереньки – ну вылитая побирушка. Дрожащими пальцами вытащила из кармана телефон и набрала номер. Через два гудка откликнулся диспетчер:

– Первая когорта, Четвертый сектор.

– Белого Сборщика, пожалуйста.

– Минутку, мэм.

Прошло целых три, прежде чем раздался голос Джекса:

– Снова ты, Дидьен? Слушай, придурок, у меня нет ни времени, ни денег, чтобы разыскивать очередного твоего беглеца…

– Это я.