Облачённое в твид чудо

Чтобы всё исправить, – сказал незнакомец каркающим голосом, – Только тот, кто делает, что должен, поступает правильно. Все иные живут, чтобы умирать.

Естественно, никто из детей не понял смысла того, что сказал человек, и, казалось, он это понимал и не ждал от подростков участия в беседе.

– Кто вы? – робко спросила Алина и осмелилась сделать несколько шагов по направлению к мужчине, высвободив руку из ладони Святоши, – Я видела, как вы мерцали.

«Вы мерцали. Я видела». – Мысленно повторила она.

– Я не тот, кого ждут, но я тот, кто приходит если позвать.

Я страж того, во что никто не верит… Того, что случается так редко. – Ответил он, закашлявшись, и дети увидели, как из его рта вытекала струйка крови. Крови подозрительного жёлтого цвета, если вообще ею являлась.

– Я не понимаю вас, – сказала Алина, обреченно вздохнув.

– Я и не жду от вас понимания. Мне нужно только чтобы вы верили в то, что вы делаете. Верили в путь, на который встали. Этот путь приведет вас к ответам. Приведёт к неизведанному.

Не бойтесь того, чего не знаете и… – он вновь закашлялся и пошатнулся на перилах. – Просто идите.

«Здесь слишком сильный ветер. Он не смог бы удержать равновесия, если бы только не был циркачом. Кто же он? Человек? Может призрак? Может он ждёт сильного порыва ветра? Порыва, что скинет его вниз».

– Не нужно этого делать. Не нужно прыгать вниз.

Дима вдруг осознал, что Святоша плачет.

– Вы там, где должны быть, и вы будете там, где должны быть. – Прохрипел незнакомец, повернулся на перилах лицом к детям и добавил: – Закрой глаза, Алина.

 – Попросил он, и она выполнила его указание тут же, запечатлев в своем сознании уставшие, с красными прожилками глаза незнакомца. Увидела она и клочок белоснежной плотной бумаги, торчащий из кармана его пиджака. Успела подумать, что ей хочется, очень хочется узнать, что написано на той бумаге, как раз тогда, когда услышала, как шумно охнули её спутники, и она поняла, что мужчина спрыгнул вниз.

23 мая 13.

23 дня. После прыжка.

Никто из поселенцев Верхнего Убая, ровно точно так же как и Нижнего Убая, разделённых надвое неконтролируемой бурной рекой Агастой, даже не вздрогнул в момент, когда тело незнакомого для них человека, стремительно полетело вниз. Ещё одна бессмысленная смерть в мире непричастном к тому, что происходит вокруг. Птицы не сорвались с веток, зайцы не попрятались по норам и лишь три одинокие любопытные души замерли на мосту в немом молчании.