Греческая рапсодия

Забрала документы. Из общежития меня, естественно, попросили. Домой ехать я не могу. Мать этого не переживет. Вот поэтому поселилась здесь.

– Но так же не может продолжаться. Сколько вам лет?

– Девятнадцать. А вам?

– Тридцать восемь.

– Вы женаты?

– Да. Она сегодня уехала в деревню.

– Ваша жена красивая?

– Как вам сказать? Наверное, да. Но и вы красивая.

– Спасибо, – опустив глаза и улыбаясь, сказала Наташа.

Сейчас в сумерках она была особенно красива. Виктор Грек любил свою жену, и время от времени клялся ей в верности.

Он вообще не был бабником, в отличие от Резанова, который был на этом деле подвинут. Всякий раз, когда жена Резанова находила в квартире следы супружеской измены, тот сваливал вину на Грека, и Виктор стойко нес крест дружбы. «Я тебя не понимаю, – говорил Резанов, – ты такой видный мужик и держишься за свою Марину, как за бутылку водки». Он был, и выпить не дурак. Грек обыкновенно отшучивался. Гаврила был примерным мужем, Гаврила женам верен был.

Грек встал и подошел к окну.

Улица была пуста. Только его машина ярким пятном нарушала перспективу. Когда он обернулся на столе стояла бутылка «Рислинга» и два граненных стакана.

– Откройте пожалуйста, вот штопор. Закусить, правда нечем.

– Это ничего, кто же закусывает сухое вино. – Грек извлек пробку и разлил вино по стаканам. – Ваше здоровье.

– А я хочу выпить за вас, Вы сегодня повели себя, как настоящий джентльмен. Заплатить за незнакомую девушку, такое нечасто можно встретить.

Польщённый Грек улыбнулся. Происшествие с ментами казалось ему теперь мелким досадным, но так хорошо завершающимся недоразумением. Какой женатый мужик не мечтает в день отъезда жены получить такое приключение с молодой девицей. Разговор клеился, одной бутылки показалось мало, и он сходил в продуктовый магазин за углом. Батон хлеба, триста грамм сыра и «Мукузани». Обратно шел по лестнице впотьмах едва разбирая дорогу.

– Удивляюсь я вашей смелости, – заметил он, входя в комнату, – как вы здесь живете одна.

А еще говорят женщины слабый пол.

– Если честно мне ночью бывает очень страшно, – сказала Наташа, – все время кажется, что по квартире кто-то ходит. Что это вы купили?

Под утро он увидел два коротких сна. Один из детства. Он шел с мамой, держась за ее руку. День был солнечный, но по земле стелился туман. На ярмарке, кроме них, никого не было. Лотки были полны игрушек. Витя виснул на маминой руке и канючил, требуя что-то купить.