Из Баку с любовью

– Не бойтесь, – улыбнулась Анастасия, – она безобидная, она вас не укусит.

– Будем надеется.

– Очень смешно, особенно про Германа, но должна вас разочаровать, она в карты не играет.

– Простите.

– Ну я побежала.

Она вышла в прихожую. Вскоре щелкнул замок и в квартире воцарилась тишина.

«Что-то мне это перестает нравиться», – сказал себе Мурад, – старушка еще эта таинственная. Я надеюсь, что девушка все-таки придет ко мне ночью, иначе все это лишено логики. Как люди любят все завешивать словами.

Она тоже хороша, два часа знакомы и оставила меня одного в квартире. А, если я что-нибудь сопру. Старушка будем надеется адекватная и мне не придется, как Бруту, чертить вокруг себя меловой круг. Да и с молитвами разнобой будет. Мне, как полукровке, надо одной рукой креститься, другой намаз совершать».

Дойдя до этих слов, Мурад почувствовал, что ему как-то не по себе. Не то, чтобы он испугался, малый он был не робкого десятка, в армии бывало, один против нескольких шел, не боялся.

Однако, какая-то робость вдруг охватила его. И, как человек, привыкший смотреть опасности в глаза, он решил взглянуть на старушку, чтобы отогнать черные мысли и успокоиться. Мурад встал и вышел в прихожую. Дверь другой комнаты была приотворена достаточно, чтобы можно было туда заглянуть. В комнате горел торшер и ему хорошо была видна кровать, на которой лежала старуха. Она была совершенно седа, но не безобразна. Правильные черты даже в глубокой старости подчеркивали породу ее бледного лица. Оно внушало доверие, увидев ее, Мурад сразу успокоился и даже почувствовал какую-то теплоту к старушке. «Нет, такая летать не будет», – подумал он. Ему даже захотелось что-нибудь сделать для нее. Подать воды, например, если она проснется. Опять же Анастасия, увидев, что он проявил заботу, проникнется к нему теплотой. «Все-таки я понадобился ей, как мужчина». – уверял себя Мурад. Не двигаясь с места, он оглядел комнату. Кроме кровати там еще стояла модная софа под названием «малютка». Мурад часто перевозил подобные диваны от мебельных магазинов. Его такси, если сложить сидения, вполне вмещало в себя отдельные предметы мебели. В комнате пахло лекарствами. На стенах висело много картин, фотографий. Рядом с одним портретом напротив кровати висела сабля. Мурад не удержался, осторожно вошел и дотронулся до оружия. Это была самая настоящая сабля или шашка. Он не был силен в особенностях холодного оружия.