Хроники не прошедшего времени. Часть 2. Из жизни С. Сидорова во времена Гудка

А он в Кваскву Самом назначен. Это значит у них здесь свои бизнес интересы. А с другой стороны и порядок тоже надо наводить в городе. Народ на машины сел и свободу почувствовал. Раньше все по расписанию ездило – автобусы, электрички. И народ жил по расписанию. А теперь на машины пересели и никакого порядка в стране. Отсюда и до протестных настроений, и до майдана недалеко. Поэтому правильную политику мэр ведет. Отправить за город всех нарушителей, как раньше выселяли за сотый километр и железным кольцом окружить их военными и полицией.

Да и по Кваскве с мигалками уже не проедешь. Так, что давай подписывай.

– Да если бы не парковки эти, народ бы и не протестовал, – неуверенно произнес Сидор.

– Другой бы повод нашли, – перебил его Челентано. – Ты вот что, если не понимаешь ничего в государственном устройстве, делай, как тебе говорят, – Челентано раздраженно затушил окурок о чернильницу, – А то получится как с министром экономики.

– Да, делаю, я делаю, – замахал рукой Сидор и поставил печать на постановление.

 – Все, забирай. Какие дальнейшие планы?

– Я пойду пока оформлю документы, – складывая листки в папку, ответил Челентано, – А ты иди Телек посмотри. Там как раз полезные для твоего развития передачи повторяют. А потом на обед пойдем вместе.

– Не пойду на обед, – Сидор встал из-за стола, – Я лучше Петровичу позвоню, закажу осетинских пирогов. Ты будешь?

– Буду. Через час пусть приезжает, – согласился Челентано, выходя из кабинета.

Сидор вышел в комнату отдыха, снял пиджак, растянувшись на диване, набрал номер Петровича:

– Але, Петрович, это Сидор. Слушай, не подвезешь мне пироги? На машине боишься? На метро тогда приезжай. Я бы сам. Но тут дел государственных невпроворот. Не могу отлучиться, – он выслушал ответ и радостно произнес, – Понял. Заедешь сначала в пекарню, а через час будешь у меня. Жду. – Сидор убрал телефон и взяв пульт, включил телевизор.

На экране крупно высветилось лицо вчерашней мидовской блондинки с воспаленным взором и небрежно уложенными волосами. Она, беззвучно открывая большой, зубастый рот, что-то рассказывала, как будто кого-то, пытаясь укусить. Сидор инстинктивно сжался и быстро выключил телевизор.

– С меня достаточно на сегодня их политики, – произнес он и, протянув ноги, блаженно закрыл глаза и стал проваливаться в сон…

(Сон Сидора).