Высшая справедливость. Роман-трилогия

Реальным же противником для меня оказался только один парень, который сыпал приемами направо и налево. Я был намного сильнее, и ему было меня не одолеть. Но решающим аргументом стал нож, который я не успел выбить из его рук. Он полоснул меня им по животу – не глубоко, но метко – так, что уже в следующую секунду я оказался на земле. А еще через секунду вокруг не осталось ни участников драки, ни зрителей. Шейла стояла до этого рядом и, по-моему, с явным удовольствием наблюдала за происходящим. Теперь она подошла ко мне, наклонилась и взяла мою руку в свою.

«Позвони в скорую, – попросил я ее, – я ранен, мне нужна помощь». – «А если не позвоню?» – сказала она, играя моими пальцами. «Шейла! Хватит! – взмолился я. – Мне плохо. Я могу умереть. Позвони скорее!» – «О, это интересно… посмотреть, как ты будешь умирать: медленно, долго…» – прошипела она, и глаза ее засверкали. Потом отпустила мою руку, поднялась и отошла на шаг. «Замечательно! – сказала Шейла, нахально улыбаясь. – Ты так картинно выглядишь сейчас – не передать! Как в кино. Давно не видела ничего подобного». – Она подхватила свою сумочку, стоявшую на тротуаре, помахала мне рукой и удалилась, покачивая бедрами. Она была не настолько пьяна, чтобы ничего не соображать. …Я оклемался довольно быстро и первое, что сделал, – пошел и оформил развод с ней. Как ни странно, Шейла не имела ничего против – видимо, у нее в это время была на примете какая-то рыба покрупнее. Но это, к несчастью, не означало, что она оставила меня в покое. Следующие два года она продолжала методично изводить меня, угрожать, шантажировать ребенком. И я знал, что это будет продолжаться до конца дней – моих или ее… Я готов был убить ее в любую минуту, каждый раз, как только она появлялась на пороге. И, может, никогда не сделал бы этого, но… так получилось… Я ни о чем не жалею.

Брендон слушал внимательно. Он был очень серьезен и даже не заметил, что Стив за это время успел пропустить не один стаканчик.

«Преступник притягивается жертвой…» – эта формула, давно известная Брендону, всегда представлялась ему умозрительной, не заслуживающей внимания.

Теперь же он подумал, что, возможно, она и не лишена смысла и что душевное состояние жертвы действительно может определить ее судьбу. Но в таком случае на месте того, кого мы сегодня судим, завтра может оказаться любой из нас! Все зависит только от суммарной комбинации бессчетного количества факторов – внешних и внутренних, как реальных, так и мистически непостижимых.