Магия судьбы

Кроме того, из этого следовало, что мы с Анри были в некотором смысле родственниками. Далее, если все это было правдой, то, очевидно, Морганы не относились к двум самым могущественным кланам Лондона. Что это могло значить для Эша? И что это значило для нас? Возможно, у нас еще оставался шанс на счастливое будущее? Угроза, что у нас с Эшем мог родиться тот самый «могущественный ребенок», осталась позади. И все же мысли о нас с Эшем тут же привели к меня к выводу, что если я и есть ребенок из пророчества, которого все они так боялись, то Мерлины наверняка продолжат преследовать меня до самой смерти.

До сих пор существовала небольшая вероятность (пусть даже очень маленькая) убедить Мерлинов при помощи логических рассуждений. С момента написания пророчества прошло много столетий, и в наше время нежелательной беременности можно было бы избежать или, в крайнем случае, прервать ее. Но теперь я уже существовала. Пути назад больше не было. И если кто-то верил в пророчество, то сейчас он мог убедиться в том, что оно начало сбываться. Аджани упомянул, что во время церемонии активации землетрясение прошло по всему Лондону, и, возможно, малефиканы теперь тоже вовлечены в эту охоту. «Такую, что мощней всех магов он станет, и беда придет… – И дальше там говорится: – Гонимый властию креста…».

Я взглянула на главу клана Лекуртов и напряглась. Как он относился к этому пророчеству? Между тем, я и сама не знала, что думать. «Мощней всех магов он станет, и беда придет…». Эти слова никак не выходили у меня из головы.

Неужели Эш стал первой жертвой? Господи, только не это.

Аджани слегка улыбнулся, как будто снова прочитал мои мысли:

– Не бойся, я не верю в пророчество, иначе не стал бы помогать тогда Софи и Брайану спасти твою жизнь.

Я неосознанно задалась вопросом, хотел ли он сейчас продолжать бороться за меня. Но пока я набиралась смелости, чтобы спросить его об этом, Аджани сказал:

– Мы защитим тебя от Морганов и Мерлинов. Но здесь тебе оставаться нельзя.

Если они узнают, где ты, им будет легче тебе навредить. Ты понимаешь это?

Я кивнула. Но вопрос о том, куда мне направиться, все еще оставался открытым. Я сразу подавила в себе желание купить билет на поезд и умчаться из Лондона, как и из всего этого магического мира, поскольку, несмотря на то, как сильно я хотела бы этого и как легко это, казалось бы, можно было сделать, я знала, что окончательно решить проблему таким образом я не смогу.