Любовь с ароматом сирени

– Да что ты панику нагоняешь? Нормальный парень, представительный такой, сказал, что староста в их группе. Старосты – они ведь супер-ответственные, так? Так что повода для беспокойства нет.

– Почему она тогда до сих пор мне не перезвонила? Ты номер мой ему оставил? – снова встревожился Макс.

– Все я ему передал. И номер, и про отца рассказал, и что ты приедешь сразу же, как только все образуется. И позвонить попросил. Так и на парах она сейчас, наверное, поэтому не звонит.

– Могла бы сообщение написать.

Нет, тут что-то не то. Я поеду к ней домой вечером.

– Ой, делай что хочешь. А я пошел. К Леониду Станиславовичу все равно сейчас не пускают. Передавай ему от меня привет.

– Передам, – рассеянно отозвался Костров.

Кирилл забрал вещи, игриво подмигнул проходящей мимо симпатичной медсестре и зашагал к выходу.

Уже ближе к вечеру, убедившись, что отец окончательно пришел в себя и никакой угрозы больше нет, Максим засобирался домой. Надо хотя бы переодеться и перекусить, перед тем как отправляться к Лиле.

А то на нем уже два дня одна и та же рубашка. Да и щетина отросла. Негоже появляться в таком виде перед девушкой, которая нравится. Хоть в этом и нет его прямой вины.

Настроение было прекрасное, хотя он все еще немного переживал, потому что Лиля до сих пор так и не вышла на связь.

Дома его ждала очередная проблема. Неужели все сговорились против него?

Оказалось, что его затопили соседи сверху. Соседка, точнее. Некритично, но повозиться пришлось. Пожилая Ольга Васильевна из 129й квартиры – той самой, что находилась этажом выше – сто пятьдесят раз извинилась.

Мол, прости, милок, оставила непоседливого внучка-подростка на час дома одного, а он ишь чего учудил. Обещалась все из пенсии компенсировать.

– Окститесь, Ольга Васильевна, какая пенсия. Тут ущерба-то всего ничего, ничего не испортилось, – успокоил ее Максим. Не хватало еще с бедной старушки деньги трясти. К счастью, ремонтные работы оплатить он был в состоянии и сам, из своего кошелька.

Одним словом, пока разобрался со всеми делами, на часах было уже начало десятого вечера. Поздно, конечно, было в такое время заваливаться к Ивановой, но терпеть он больше не мог. Может, ему повезет, и получится до ее окна как-то достучаться. Она обмолвилась во время свидания, что живет на третьем этаже. Осталось только квартиру вычислить.

Ага, ты еще камешки во все окна подряд начни бросать – в голове вдруг прозвучал ехидный голос Воронова.