Маленький сюрприз для мажора

Как отец принял решение отселить меня в городскую квартиру, которую Лена считала своей. Рассказала, как я весь день звонила ему – Артуру, но он был недоступен. Ну и закончила тем, как курьер принёс от него цветы и послание, адресованное Лене.

Артур слушал молча, только желваки ходили, демонстрируя степень его злости, а когда я закончила, устало потёр лицо ладонями, будто пытаясь отмыться от услышанного:

– Как ты могла обо мне такое подумать, Арина?

Я усмехаюсь:

– Артур, я знала тебя два дня.

Ты ведь наверняка обо мне тоже много «хорошего» подумал, правда?..

В глазах его мелькает вина, и я понимаю, что это верное предположение. Ливневы постарались преподнести меня и ему, и его семье в нужном свете.

– …К тому же Лена не хотела пускать меня в свою квартиру и даже устроила истерику родителям, утверждая, что у неё были на вечер планы. А так как твой телефон был выключен весь день, я подумала, что она просто не успела тебя предупредить об изменениях планов, и поэтому ты прислал подарки на тот адрес.

– Бред какой-то… – недоумённо комментирует мои объяснения Артур. – Я никогда не знал про квартиру Фроловой и ни разу не был там. А жених… это вообще чушь! Вот в это ты как смогла поверить? Как?

– Я не поверила, – признаюсь тихо, – но это ничего для меня не меняло. В их глазах ты был женихом Лены, а я досадной помехой, от которой избавились.

– У меня нет слов, Арин. Нет ни единого сейчас слова, чтобы передать степень своего охренения, – заявляет Артур горячо.

 – Поэтому, когда мы выяснили, что я ничего подобного не делал и вообще ни в чем перед тобой не виноват, мне хотелось бы услышать, как ты видишь дальнейшее развитие событий.

Я вскидываю на него вопросительный взгляд. Так просто? Он думает, что едва скажет: «Я этого не делал», и я тут же ему поверю, когда на кону стоит наше с Маняшей будущее?

– Хм-м, это ты так намекаешь на то, что я сейчас должна испытать чувство вины и пойти на всё, что ты мне прикажешь делать? – уточняю я, добавив в голос иронии.

 – Так вот, Артур, напомню: я по-прежнему тебя совершенно не знаю, и у меня нет причин безоговорочно тебе верить.

Шипинский шумно выдыхает, откидывается на спинку уголка и смотрит на меня ничего хорошего не предвещающим взглядом: торжествующим, ироничным… Взглядом, загнавшего жертву в ловушку охотника.