Ты, я и он

Женька терпеть не может, когда я так делаю, но он спит, а значит, ничего не узнает. Пока я возилась с индейкой, на город опустилась ночь: по ночной магистрали проносились машины, жизнь продолжала бурлить. Народ гулял, кажется, еще больше, чем днем. По краям у дорог горели яркие фонари, тут и там светились неоновые вывески реклам и магазинов. Ночное очарование, свидания в кафе, развлечения.

Я любила наблюдать за городской суетой, но не любила быть ее частью. Мне гораздо уютнее находиться дома, пить кофе, есть шоколад, смотреть комедии или сериалы.

Ну, или пить вино, когда нет настроения или устала. Сейчас было тошно на душе, некомфортно. Дело тут даже не в Стасе. Просто я отвыкла от новых знакомств, не люблю резкие перемены. А тут еще приходится не только быть вежливой, но и выполнять работу, так сказать, бытового характера. Да еще под пристальным и недовольным надзором.

Зачем я ввязалась в это? Пора признаться себе: Женька не так много зарабатывает, чтобы нам хватало на все наши нужды. Да, нам хватает на все необходимое, но мне хочется откладывать деньги, чтобы потратить их на что-то интересное, а не в дом.

Быт –бытом, но ведь не может же постоянно так продолжаться? Я хочу стать другой, хочу легкости, а не этой странной тоски. Вот откуда она взялась?

Вибрация телефона отвлекла меня от мыслей. Незнакомый номер. Время 23:15.

– Слушаю вас.

– Вызывай такси и приезжай. Прямо сейчас.

– Стас? – я едва не выронила бокал с вином, пальцы мгновенно ослабли. – Но, что случилось?

– Слушай, мне вообще не до разговоров.

Ты – моя сиделка, так? Ну, так приедь, тут для тебя нарисовалось неотложное дело. – У него заплетался язык. Да, так оно и было, он же пьяный до чертиков!

– Послушайте. У вас там целая компания. Что, никто не в состоянии помочь? По условию вашего отца, я не должна работать в ночное время. Что я должна сказать своему мужу?

– Алиса в стране Чудес замужем. – Стас пьяно хихикнул, – за кем, если не секрет, за кроликом? Ну, тот, который бегал с часами?

– Совсем не смешно! – я почувствовала волну гнева.

Да сколько можно, в конце-концов? Этот человек нагло внедряется в мою жизнь и получает наслаждение от своих оскорблений. – Почему я должна ехать к человеку, который и два слова нормально связать не может? Почему вы решили, что мной можно командовать, будто я рабыня?

– Оп-па. Малышка взбунтовалась. Почувствовала себя уверенной в своей темной норке. Я обескуражен и расстроен. Честно. – Стас на мгновение замолчал, наверное, думал.