Красная роза для Френсис

Наблюдая, как она ходит по его офису, делая снимки мебели и антиквариата и беспечно болтая о потенциальных покупателях, он понимал, что должен рискнуть последним, чтобы получить первое.

Судя по тому, что все служащие только что не ели у нее с руки, вернее, из коробки с пончиками, и ни один из них не вернулся к работе, не послушал его приказа. Зато как все подпрыгнули, когда Френсис Бомонт им улыбнулась!

Больно признаться даже себе самому, что рабочие не желают его слушать. А ее послушают.

Она одна из них.

Бомонт. Очевидно, все ее обожают. Даже Долорес, старая боевая кобыла, преклонялась перед этой неотразимо красивой женщиной.

– Если не возражаете, – сказала она этим нежным голоском, который, как он считал, был сплошным притворством. Сбросила туфли, поставила стул под окном и протянула ему руку. – Я бы хотела сделать более подробный снимок фризов над окном.

– Разумеется, – дипломатично согласился он.

Эта женщина, эта неотразимая женщина, ухитрилась сделать так, чтобы ее ягодицы оказались прямо перед его глазами.

Ее непосредственность лишала его рассудка.

Она роскошна. Явно умна. И очевидно, сделает все, чтобы подорвать его авторитет. Именно поэтому и принесла пончики. Объявила всему миру в общем, а в особенности ему, что пивоварня во всех смыслах по-прежнему остается «Бомонт бруэри».

– Спасибо, – пробормотала она, опираясь на его плечо, чтобы спрыгнуть со стула. Прежде чем успел сдержаться, он обнял ее за талию, чтобы не дать упасть.

Что было ошибкой, поскольку между ними проскочила электрическая искра.

Она взглянула на него сквозь ресницы; он потерял счет тому, сколько раз делала это, но теперь его словно громом ударило.

После месяца общения с пассивно-агрессивными служащими и страха не быть оцененным по достоинству, он неожиданно ощутил себя совершенно другим человеком.

– Спасибо, – прошептала она на этот раз, казалось, более честно и менее расчетливо, и едва заметно прижалась к нему. Он почувствовал жар ее груди сквозь пиджак и рубашку.

Убедившись, что Френсис не упадет, Этан отступил. Она нужна ему, но не в таком качестве. Ни сейчас – и никогда. Иначе она уничтожит его. У него на этот счет нет сомнений. Ни малейших.

Однако в голове начинала складываться идея.

Может, он все делает неправильно. Вместо того чтобы пытаться избавить «Бомонт бруэри» от Бомонтов, следовало бы вернуть туда Бомонтов.

Когда его осенила эта мысль, он ухватился за нее обеими руками.

Да.