Кто прав, кто виноват?

Особенно понравились котлеты с ветчиной, которых Леона не пробовала раньше. Надо признать, вечер с хорошей едой и душевными разговорами удался на славу. Она расслабилась и получала удовольствие от происходящего.

Однако о Перси и словом не обмолвилась. Слушая бесконечные рассказы Джорджа о том, с каким трудом Байрон учился готовить, Леона не могла придумать, как обрушить на них эту новость без риска потерять сына.

Байрон подал три десерта – миндальное пирожное без глютена, персики в винно-йогуртовом соусе и открытый ванильно-лавандовый пирог.

Леона сверилась со своими записями. Он предлагает вегетарианские блюда и еду без глютена. Добавить сюда немного фастфуда, и получится, что он сможет удовлетворить практически любую категорию клиентов.

– Тебе же нравятся персики, правда? – Он поставил перед ней тарелочку с половинкой персика.

– Да. – Она против воли посмотрела ему в лицо. Он находился так близко, что она могла ощутить исходящее от него тепло. Он не забыл, что персики ее любимое лакомство.

Прежде он часто готовил для нее персиковый коктейль, персики на гриле, персиковое мороженое. Все, на что хватало фантазии. – Спасибо.

– Надеюсь, ты ничего не имеешь против винного соуса. – Он не отстранился. – Я не знал, что…

– Все в порядке. – Раньше, когда он готовил для нее ужины, она пила вино. Вечерами они наслаждались едой, а ночами друг другом. От алкоголя она отказалась, когда узнала о беременности. Потом грудное вскармливание. Да и откуда ей было взять денег на алкоголь?

Байрон стоял рядом, не сводя с нее взгляда.

Леона едва смела дышать. Все тактики самосохранения – чаще напоминать себе, как ее бросили, а ведь отец предупреждал – и страх, что Байрон отберет сына, были забыты, стоило ей посмотреть ему в глаза. На одно благословенное мгновение в мире не осталось никого, кроме них двоих. Действительность напомнила о себе раскрывшейся дверью, со стуком ударившейся о стену.

– Джордж! – раздался ясный женский голос. – Ты не видел… Ах вот ты где!

Леона посмотрела через плечо, и сердце у нее упало.

На пороге кухни стояла Френсис Бомонт в потрясающем зеленом платье и туфлях на высоких каблуках.

– Байрон, я целый день шлю тебе эсэмэски. – Она замолчала, заметив Леону. Раньше они несколько раз встречались, и Френсис ей вроде бы симпатизировала. Но это было давно.

Байрон прочистил горло.

– Френсис, ты помнишь?

– Леона, – презрительно рявкнула та и, схватив брата за руку, оттащила на несколько шагов.