Ловушка для супермена

Теперь Триш, гуляя по городу, вглядывалась в лицо каждого прохожего, надеясь распознать в ком-нибудь маленькую часть себя. Может быть, он снова женился, завел детей, и Триш встретит единокровную сестру… Или новая женщина отца узнает в ней его черты и спросит, каким образом они связаны…

Триш прожила здесь пять лет. За это время ничего подобного не случилось, но она продолжала вглядываться в лица мужчин.

Она подошла к Пасифик-стрит и повернула за угол. Вот нужный дом – потрясающее трехэтажное строение в викторианском стиле, окрашенное в приятный синий тон с ослепительно-белыми колоннами и завитушками.

Занавески на первом этаже были задернуты, дверь гаража закрыта. Широкая дорожка вела к летнему крыльцу.

Вид был просто прекрасным. Некоторая часть души Триш, которая не нервничала из-за всего этого «интервью в его доме», воспарила от счастья.

Пришлось вернуться с небес на землю, когда выяснилось, что дом заперт наглухо. Калитка заперта, дверь тоже. Оглядевшись, она увидела кнопку звонка и нажала на нее.

Триш чувствовала себя не в своей тарелке. Нейт ясно выразил намерение встретиться с ней в офисе, а теперь возникли какие-то «они», которые должны были рассказать ей о переносе встречи.

Но ей были нужны пожертвования!

Триш позвонила еще раз. Она не собиралась сдаваться.

Наконец дверь открылась, и на крыльцо вышла невысокая коренастая женщина в сером платье и белом фартуке.

– Да-да?

– Привет, – сказала Триш, демонстрируя лучшую из своих улыбок.

 – У меня назначена встреча с мистером Лонгмайром, и…

– Ай, милая, так ты опоздала, – сказала женщина. В отличие от Мистера Татуировки она была рада видеть Триш. – Но проходи, проходи внутрь!

– Я Триш Хантер.

Женщина вцепилась в протянутую руку и принялась энергично трясти ее.

– Кто это, Росита?

Триш узнала голос Нейта, донесшийся сверху.

– Девушка!

– Пусть поднимается.

И тут Триш услышала плач младенца.

Это еще больше утвердило ее в мысли, что дело неладно, и это еще мягко сказано.

Триш не ошиблась.

Она увидела Нейта Лонгмайра – того самого «мальчика-миллиардера», который произносил пламенные речи о социальной ответственности и который настаивал на оплате ее химчистки за неосторожно облитые кофе джинсы. Мистер Нейт Лонгмайр, который выглядел столь притягательным в своих хипстерских очках и фиолетовом галстуке, стоял перед детским манежем и пытался успокоить орущего младенца.