Признайся в своем желании

В конце концов, он обещал ей уединение – единственное, что было в его силах ей обеспечить.

– А почему ты спрашиваешь о нем?

Оливер решил ответить уклончиво:

– Я получил странное письмо от Клинта. Кажется, он помогал отцу обманывать инвесторов.

– А вот это очень скверно, – заметил Милт. – Клинт был хорошим парнем. И его сестра… Как ее звали?

– Рене.

– Да, Рене. Она и Хлоя отлично ладили. Трикси… – Он замолчал и прочистил горло – даже после стольких лет, прошедших после смерти его горячо любимой жены, глаза отца всегда наполнялись слезами при упоминании ее имени.

 – Она обожала Рене и всегда брала обеих девочек с собой, когда ездила по магазинам. Она и к Клинту хорошо относилась, но на Рене просто надышаться не могла. Твоя мать, упокой, Господи, ее душу, недолюбливала Ребекку и Дарина Престон. А уж тебе-то известно, что она отлично разбиралась в людях.

Дети Престонов часто бывали у Лоуренсов, а вот к себе в гости Клинт Оливера не приглашал.

Лишь несколько раз друзья тихонько проскальзывали на несколько минут в спальню Клинта, чтобы взять бейсбольные карточки или диск с видеоигрой и снова вернуться к Лоуренсам.

Тогда это не казалось Оливеру странным. Но что, если за этим скрывалось что-то большее? Клинт шептал ему, что они должны вести себя очень тихо – он не хотел, чтобы его мать узнала, что они в доме. Нельзя было шуметь и ничего трогать. Только сейчас Оливер задумался над тем, не боялся ли Клинт собственной матери…

– Я прочел в Интернете, что миссис Престон убежала в Европу с остальными деньгами.

– Черт! Вот ведь семейка, а? Дети Престонов были хорошими детьми, но от ребенка мало что зависит, когда он воспитывается в змеином логове. Жаль, что Рене и Клинт оказались в этом замешаны. По крайней мере, тебе больше повезло с родителями.

Милт прочистил горло.

– Да, это так, – выдавил Оливер.

Теперь поступки отца чаще всего вызывали у него разочарование и горечь, но раньше, пока мама не умерла, Оливер любил обоих своих родителей.

Целых пятнадцать лет семейство Лоуренс наслаждалось счастьем, здоровьем и благополучием.

Оливер пообещал матери, лежащей на смертном одре, что позаботится о семье. Пусть он и его родные уже не так счастливы и богаты, как прежде, зато, слава богу, все они здоровы и не сидят в тюрьме, что уже неплохо.

Но этого, похоже, недостаточно для его отца – и никогда не было.