Прекрасные сломанные вещи

– Спасибо, – тихо прошептала я, чтобы никто не услышал.

В ответ она с довольной улыбкой сжала мне предплечье. Мы прошли внутрь вместе, счастливой троицей.

Мы со Сьюзан стояли у автоматов по продаже билетов и дожидались остальных: те еще были в очереди за попкорном. Я хлебнула колы (она уже успела немного выдохнуться) и потянулась к Сьюзан, чтобы стащить у нее из коробки пару начос.

– И чего они так долго? – проворчала она, наклоняя ко мне коробку, чтобы я могла зачерпнуть сальсы.

– А, Рози вечно копается, – ответила я.

 – Ей сложно принимать решения, особенно когда дело касается еды.

Сьюзан улыбнулась:

– Вчера во время обеда…

Она внезапно замолчала. Сначала я решила, что это она для драматического эффекта, но потом увидела ее лицо. Улыбка исчезла. Сьюзан смотрела куда-то с потрясенным видом.

И это не было приятное удивление. Скорее ужас.

– Боже мой, – проговорила она так тихо, что я сначала не узнала ее голос.

Я не успела спросить, в чем дело. Она продолжила тем же странным тоном:

– Это мой папа.

Я повернула голову. Мужчина в очереди был совсем не похож на того, кого я ожидала увидеть, даже если бы приготовилась заранее. Я представляла себе кого-то огромного, широкоплечего, с огромными кулаками. А этот мужик был жилистый и совершенно обычного вида: темные волосы с проблесками седины, белая рубашка и джинсы. Прямо как мой папа в свободное от работы время. Он вальяжно рассмеялся чему-то, что сказал ему другой мужчина. Как такой человек может ударить ребенка? Ударить Сьюзан?

За те несколько секунд, что я смотрела на него – и до того, как я успела сообразить, что мне сказать Сьюзан, – он, видимо, почувствовал на себе наши взгляды и обернулся.

На мгновение на его лице отразился шок. Он окинул Сьюзан быстрым внимательным взглядом, а потом с равнодушным видом повернулся к своей компании. Я обернулась к Сьюзан и успела застать агонию на ее лице. Она пихнула мне в руки коробку с начос, развернулась и рванула из кинотеатра.

Застигнутая врасплох, я крепко вцепилась в свою колу и коробку с начос.

Сьюзан так резко мне ее всучила, что несколько чипсин упали на пол, и у меня на куртке остались брызги сальсы. Я осторожно балансировала со своей ношей, одновременно ощущая, будто весь мой мир тоже вот-вот перевернется. Что, разумеется, было очень глупо: со мной-то ничего не случилось.

Я стояла посреди холла, раздираемая порывом броситься следом за Сьюзан и желанием сначала сходить за Рози.