Свободна как ветер

Впрочем, сегодня что-то было не так, как обычно.

Сегодня Рекс брал большинство верхних нот, приводя толпу в неистовство. «Хорни Тоуд» был одним из их любимых мест для выступлений. Они играли здесь раз в месяц. Бену следовало наслаждаться своей игрой, но, как бы энергично он ни бил по инструменту, он не мог выбросить из головы вопрос, заданный Джозетт Уайт-Плум.

«Могу ли я что-нибудь сделать, чтобы заставить вас передумать?»

Этот вопрос преследовал его целых восемь дней, и он уже начал думать, что, возможно, ему следовало воспользоваться предложением этой женщины, чтобы раз и навсегда выкинуть ее из своей головы.

Хуже всего было то, что он никак не мог понять, чем она его зацепила. Да, она красива, но в «Хорни Тоуд» сегодня полно сексуальных цыпочек. Да, она, возможно, самая умная женщина, с которой он разговаривал за последнее время. Он был вынужден признать, что ее бескомпромиссный деловой тон, в котором слышались нотки отчаяния, взволновал его.

«Наверное, все дело в том, что у меня давно не было женщины», – подумал Бен, когда они со Стиком переглянулись и одновременно закончили играть.

Толпа закричала «Еще!», кто-то бросил на сцену бюстгальтер. Тоуди, басист, поднял его и помахал им зрителям.

– Мы вернемся после небольшого перерыва, во время которого мы с вами пообщаемся, – сообщил Рекс и бросил свой медиатор блондинке с неестественно большой грудью.

– Ты идешь? – спросил Стик, когда кто-то из работников бара включил стереосистему. Рекса и Тоуди уже окружили поклонницы.

Бен знал, что Стику не терпится к ним присоединиться.

«Нет», – хотел сказать Бен, но вдруг его взгляд задержался на одной женщине.

Она была высокой и стройной. На ней были джинсы и белая майка, расшитая блестками, красиво облегающая высокую полную грудь и узкую талию. Но не это привлекло его внимание, а то, как она на него смотрела.

Нет, это невозможно. Или все же возможно?

Женщина повернулась, чтобы с кем-то поговорить, и он обнаружил, что у нее длинные темные вьющиеся волосы, доходящие до крепких округлых ягодиц, подержаться за которые хотел бы любой нормальный мужчина.

Он уже видел их, когда она, напуганная его отцом и Билли, покидала кабинет.

Сомнений не осталось. Это действительно Джозетт Уайт-Плум.

– Да, – сказал он Стику, – я пойду.

Когда они спустились со сцены, навстречу им выскочили несколько поклонниц, но Бен их проигнорировал. Его внимание было приковано к женщине в белой майке с блестками, все еще стоящей к нему спиной.