Клинок убийцы (сборник)

С тех самых пор, как королевство стало частью Адарланской империи, несколько восточных гаваней Мелисанды пришли в запустение. Теперь основной поток грузов шел через гавани Эйлуэ.

Впрочем, трудные времена переживал весь континент, в том числе и Селена.

Она подавила настойчивое желание ощупать лицо. От побоев Аробинна оно вспухло. По пути сюда опухоль спала, но корка на ссадинах еще держалась. Селена не смотрелась в осколок зеркала над комодом. Она и так знала, что? увидит: пурпурные, темно-синие и желтые пятна на скулах, отвратительный синяк и рассеченную губу, зажившую лишь наполовину.

Расправу над ней Аробинн учинил в день ее возвращения из Бухты Черепов. Освобождение двухсот рабов, которых Селена спасла от жуткой участи, он посчитал предательством. Она стала злейшим врагом предводителя пиратов, разрушив его деловые отношения с Аробинном. Но Селена не сожалела о содеянном и знала: она всегда будет гордиться своим поступком. Раны заживут, а гордость останется.

Правда, иногда ее охватывала такая злость, что путались мысли.

Выход злости она давала, устраивая потасовки. За две недели пути до Инниша их было три, и только одна имела причину: человек, которого Селена поколотила, мухлевал в карточной игре. А вот две другие…

Чего тут отрицать: Селена просто искала повода подраться. Оружия в ход не пускала – только кулаки и ноги. Поначалу ей казалось, что ее будет грызть совесть за сломанные носы и челюсти. А скольких она надолго вышибла из сознания! Но нет, совесть ее не грызла. Почему? В минуты потасовок она вновь чувствовала себя прежней Селеной – величайшей из всех адарланских ассасинов.

Преемницей Аробинна Хэмела.

Пожалуй, Аробинн бы только усмехнулся и процедил сквозь зубы: «Нашла с кем связываться». С пьянчугами и безмозглыми парнями, не имевшими такой выучки, как у нее.

Подавальщица благополучно добралась до стойки. Селена оглядела зал. Все эти дни владелец заведения косился в сторону ее стола. Должно быть, прикидывал, сколько еще монет сумеет выудить из ее кошелька.

Несколько посетителей тоже следили за ней. Кое-кого она помнила по прежним вечерам. Но появились и новые физиономии. Что же до сих пор удерживало их от попыток ограбления? Страх или благоразумие?

Селена не скрывала того, что она при деньгах. Одежда и оружие красноречиво свидетельствовали о ее состоятельности. А рубиновая брошь на плаще просто напрашивалась на какую-нибудь беду. Селена нарочно выставила ее напоказ. Брошь была подарком Аробинна на ее шестнадцатилетие.