Королева теней

Густой и блестящей, как нефть. Она пахла прокисшим молоком и уксусом. Расправиться с караульными было проще, чем побороть зловоние. С каждым новым трупом оно становилось все сильнее, забивая далеко не благоуханный воздух окрестных стекольных мастерских. Командир сражался искуснее своих солдат. На него Аэлина потратила минуты три или даже больше. Его удары были бы даже опасны, окажись на ее месте кто-то другой. Вскоре ее кинжал располосовал ему живот, и оттуда черным потоком хлынула кровь и что-то еще.

В конце переулка Аэлина заметила поднятую крышку сточного колодца.

Вот откуда они появились! Над решеткой покачивалась неестественная темнота. Как в подземелье.

Демоны велели оставшимся караульным атаковать ее. Гнев в крови Аэлины превратился в боевую песню. Под эту музыку она добила остальных.

Окрестные лужи наполнились черной кровью. Оглядев место побоища, Аэлина принялась отсекать убитым головы. Одну за другой.

Она отошла к стене ближайшего здания, уперлась в щербатый кирпич и стала ждать.

Оживших не было.

Аэлина добралась до конца переулка, лягнула решетку, поставив ее на место, и растворилась в дождливой темноте.

Наступил рассвет, предвещавший ясный и теплый день. Аэлина полночи листала книги, которые удалось спасти Шаолу, уделив особое внимание древнему трактату «Ходячие мертвецы». Когда-то эта книга ей здорово помогла.

Спать не хотелось. Аэлина стала одеваться. Аробинн прислал ей великолепное бальное платье, которое требовалось вывернуть наизнанку и проверить каждый уголок.

«Сюрпризы» могли ей дорого обойтись. Все это время она мысленно повторяла последовательность своих действий в стеклянном замке. Там раздумывать будет некогда. С началом празднества и она начнет свою работу, и нужно четко помнить весь порядок.

Аэлина Галатиния была готова спасти своего двоюродного брата.

Глава 15

Эдион Ашерир был готов умереть.

Вопреки своим надеждам, он не скончался от лихорадки. Вчера к вечеру она прекратилась. Вернулись силы, позволявшие ему ходить, но медленно.

Стражники повели его в тюремную мыльную, где приковали к тяжелому корыту и принялись отскребать грязь нескольких недель. Они даже рискнули его побрить, хотя Эдион без конца дергал шеей, пытаясь напороться на бритву и перерезать себе горло.

Словом, ему придали более или менее приличный вид, чтобы вскоре отсечь голову его же оружием – мечом Оринфа.

Тщательно промыв его раны, Эдиона облачили в панталоны и длинную белую рубашку.