Королевство крыльев и руин

Более того, он вытерпел и потом, когда я вылезла и, завернувшись в полотенце, стала расчесывать мокрые волосы. Наверное, ожидание тоже было частью игры.

Мраморный пол приятно холодил босые ноги. Я положила гребень на столик. Риз следил за каждым моим движением. Точнее, за каждым движением моего отражения в зеркале.

– Ну вот. Чиста как стеклышко, – объявила я, поймав в зеркале его взгляд.

Мой голос тоже стал хриплым. Мне показалось, что за спиной у Риза клубится звездная ночь. Через мгновение ее уже не было.

Но Риз по-прежнему смотрел на меня, как голодный хищник.

Я повернулась, сжимая края полотенца. У меня слегка дрожали пальцы. Риз протянул мне руку. Его пальцы тоже подрагивали. Я была настолько возбуждена, что мягкая ткань полотенца показалась мне наждаком, скребущим по телу. Что же тогда говорить о мозолистых пальцах Риза? Но мне хотелось, чтобы они обвили не только мои пальцы. Я жаждала быть целиком исцарапанной ими.

Однако Риз спокойно повел меня в спальню. Шаг за шагом.

Я любовалась его спиной, чьи мускулы ощущались даже сквозь камзол. Глаза невольно опустились ниже… Я хотела поглотить его целиком, с головы до пят. И не только хотела. Я намеревалась это сделать.

Возле кровати Риз остановился, отпустил мою руку и даже отошел на шаг. Его взгляд задержался на щеке, оцарапанной стрелой. Он смотрел так, что у меня внутри все было готово взорваться и выплеснуться наружу.

Капли с моих мокрых волос бесшумно падали на ковер.

– Что, слишком заметно? – спросила я.

– Нет. Скоро совсем исчезнет.

И вновь в ярко освещенной спальне мелькнула тьма.

Я перестала удерживать полотенце, позволив ему упасть. Подошла к Ризу, прижала руку к его груди. Ладонь почти дрожала от биения его сердца.

– Лакомство готово.

Мне хотелось произнести эти слова небрежно, с бравадой, но не получилось. Особенно при виде улыбки Риза.

– Даже не знаю, откуда начать. Столько возможностей.

Стоило ему поднять палец, и я задышала шумно и часто.

Палец лениво потрогал одну грудь, затем вторую. Риз чертил круги, надавливая все сильнее.

– Пожалуй, начну отсюда, – пробормотал он.

Я сжала бедра. Риз это заметил, и его улыбка стала шире. Прежде чем коснуться набухшего соска, прежде чем подарить мне наслаждения, о которых я была готова его просить, этот палец переместился на шею, затем на подбородок и остановился возле моих губ.

– Или отсюда, – продолжал размышлять Риз, едва касаясь моих губ.