Королевство крыльев и руин

Интересно, ему-то ты как собираешься преподнести случившееся?

– Поскольку за эти месяцы он не прислал ни одной весточки, о разговоре с ним я побеспокоюсь потом, – огрызнулась я.

И спасибо Котлу, что торговые выгоды занимали нашего отца больше, нежели судьбы дочерей.

Неста тряхнула головой и отправилась к креслу, где ее ждала книга.

– Мне все равно. Делай, что хочешь.

Она отмахивалась от меня, как от назойливой мухи, хотя по-прежнему доверяла мне решать судьбу Элайны. Риз кивнул Кассиану, показывая, что им здесь больше делать нечего.

Я пошла следом, обронив на ходу:

– Извини, Неста, что нарушила твое уединение. Приятного чтения.

Она не ответила. Молча усевшись в кресло, Неста раскрыла книгу и постаралась забыть о нас. Уж лучше бы она отвесила мне пощечину.

Я обернулась и увидела, что Кассиан смотрит на Несту. Неужели только я видела эту печаль в его глазах? Печаль и тоску по ней.

Комнаты были пронизаны солнечным светом. Шторы на всех окнах – отодвинуты до предела, чтобы не оставить ни единого темного уголка.

Возле самого солнечного окна, спиной к нам, на маленьком стуле сидела Элайна.

Если тишина, окружавшая Несту до нашего появления (да наверное, и теперь), свидетельствовала о ее удовлетворенности, тишина вокруг Элайны поразила меня… опустошенностью.

Казалось, я попала в пустую комнату.

Волосы Элайны были не убраны и, по-моему, даже не расчесаны. Такого я не помнила даже во времена нашей жизни в отцовской хижине. На ней был голубовато-белый халат.

Услышав наши шаги, она не обернулась, не вскрикнула и даже не вздрогнула.

Ее исхудавшие руки лежали на подоконнике. На пальце поблескивало железное кольцо, преподнесенное ей женихом. Бледная кожа Элайны цветом напоминала свежевыпавший снег. Белый цвет. Цвет печали. Цвет смерти. Никаких оттенков. Ничего живого.

Кассиан и Риз остались стоять у двери.

Гнев Несты был лучше, чем эта… оболочка.

Тонкая оболочка, скрывавшая пустоту.

Затаив дыхание, я подошла к окну. Взглянула на город, на который безучастно смотрела Элайна.

Потом перевела взгляд на ее ввалившиеся щеки, бескровные губы и карие глаза. Я привыкла видеть их теплыми и живыми. Теперь они были совсем тусклыми. Как могильная земля.

– Здравствуй, Элайна, – тихо сказала я.

Она лишь взглянула на меня. Я не решилась взять ее за руку. Подойти ближе я тоже не решалась. Можно винить Ласэна, но все началось с моих откровенных разговоров с Иантой.

– Я вернулась, – продолжала я, понимая, что ей все равно.