Наследница огня

Каждый из них был слишком занят собой, чтобы спрашивать имя какой-то целительницы, прибегавшей по первому зову.

Сорша закончила перевязку.

– Еще раз прошу прощения за мою забывчивость. И спасибо тебе за помощь.

Карие глаза с зелеными крапинками вновь обратились на принца. На губах появилась осторожная улыбка.

– Оказать помощь вашему высочеству – большая честь для меня.

Сорша встала, чтобы убрать со стола.

Принц понял намек: ему пора уходить. Он тоже встал и пошевелил пальцами перевязанной руки:

– Мазь уже подействовала.

Больше не болит.

– К счастью, раны оказались неглубокими, но все равно прошу вас отнестись к ним внимательно.

Воду, в которой она промывала руку, Сорша отнесла и вылила в каменную раковину.

– В следующий раз вам незачем самому спускаться. Вашему высочеству достаточно послать за нами. Мы будем счастливы вам помочь.

Сорша с грациозностью танцовщицы сделала реверанс.

– Я так понял, что под твоей опекой находится все южное крыло каменной части замка?

Под оболочкой этого вполне невинного вопроса скрывались два других: «Значит, ты видела все? Все необъяснимые раны и увечья?»

– Нас обязывают записывать каждый вызов.

 – Сорша говорила совсем тихо, чтобы их не услышали сквозь приоткрытую дверь. – Но иногда мы забываем перечислить все подробности.

Дорин понял: Сорша многое видела, но она не из болтливых. Еще раз поблагодарив ее, он вышел из комнатки. А ведь Сорша такая в замке не одна. Многие ли видят то, в чем никогда не признаются? Дорину не хотелось об этом знать.

* * *

Хвала богам, у нее перестали дрожать пальцы. Сильба – богиня врачевателей и даровательница легкой смерти – отнеслась к ней благосклонно. Пока Сорша занималась рукой принца, дрожь в пальцах прошла, но стоило ему покинуть комнату, руки вновь затряслись.

Сорша опустила голову на стол и шумно выдохнула.

Царапины Дорина были пустяковыми и не требовали повязки. Сорша пошла на поводу у собственной глупости и тщеславия. Хотелось подольше удержать прекрасного принца возле себя.

Она нарочно затянула все свои действия по обработке и перевязыванию его руки.

А он… он даже ее не узнал.

Год назад ее сделали полномочной врачевательницей, позволив работать самостоятельно. За это время ее часто вызывали к принцу, капитану и их подруге. Однако наследный принц после каждого визита тут же забывал о ее существовании.

Она не солгала Дорину, сказав, что не всегда записывает подробности своих вызовов. Но она все помнила. Особенно ту ночь.