Скромница в ловушке

Не ускользнуло от Элли и то, что, приехав сюда, кузина окинула внимательным взглядом все припаркованные перед главным входом машины, словно ища какую-то конкретную, а потом откинулась на спинку сиденья, закусив губу.

– А теперь я должна вас кое с кем познакомить, – заявила княгиня, ведя их на террасу.

Пожилая женщина в черном с убранными в элегантный шиньон седыми волосами сидела под тентом за столом, разговаривая с полной молодой женщиной. Когда княгиня подошла, они тут же повернулись к ней.

– Графиня, – сказала Лукреция, – и моя дорогая Анна.

Графиня протянула обеим украшенную перстнями руку, пробормотав, что она очень рада. Ее улыбка была великодушной, но взгляд, словно изучавший Элли, странно пронизывал, будто даже оценивал. Если так, то вряд ли ее простое на пуговицах платье из оливкового цвета льна и серебряные гвоздики в ушах пройдут проверку.

Пожилая графиня же, наоборот, была одета не только с большим вкусом. Ее фигура все еще сохраняла красоту, которой она обладала в молодости.

Сильвия стала рассказывать о поездке, о том, что день удался, о красоте сада. Улыбка не сходила с ее лица, руки изящно двигались. Графиня Манзини слушала и кивала, не проронив ни слова.

Элли услышала, как к ней тихо и по-доброму обратилась Анна Киприанто, спросив, как казалось, с непритворным интересом, о ее работе в компании «Авортино», так что Элли смогла преодолеть свое стеснение и ответить.

Вскоре Лукреция Дамиано вышла, чтобы поприветствовать новых гостей – чету Барзадо. Синьора Барзадо была яркоглазой, разговорчивой дамой.

«Что я вообще здесь делаю? – спрашивала себя Элли в растерянности. – И главное, что делает здесь Сильвия?»

На первый взгляд казалось, ее кузина – само очарование, точная картина милой молодой жены успешного человека, но Элли видела – поза Сильвии была предательски неподвижна, а пальцы рук, лежащих на коленях, скорее сжаты, чем расслаблены.

«Как мне ей помочь, если она не рассказывает мне, в чем проблема?» – думала Элли.

Графиня взглянула куда-то вниз, заслонив рукой глаза от солнца, и ее строгое выражение лица сменилось теплотой и удовольствием.

– Мой дорогой! – воскликнула она. – Ну наконец-то!

Длинная тень упала на залитую солнцем дорожку.

Элли не пришлось оглядываться, чтобы догадаться, о ком речь.