Слишком высокие ставки

В комнате пахло табачным дымом и алкоголем. Полдюжины мужчин стояли вокруг игрового стола, разговаривая и ожидая возобновления игры. Официант в белом пиджаке наполнял их бокалы и менял пепельницы.

«Везде одно и то же, – подумала Джоанна. – Единственное сегодняшнее отличие от других игр в том, что кроме меня женщин в зале нет».

И вот она увидела Вассоса Горданиса, направляющегося к двери. Он улыбался и разговаривал с мужчиной в темно-синем смокинге, который уже уходил.

Когда он увидел Джоанну, улыбка сошла с его мясистого лица.

Во внезапно наступившей тишине все повернулись в ее сторону. Джоанне ужасно захотелось убежать прочь, но Дэнис крепко держал ее под руку.

– Пойдем, моя милая, – сказал он. – Давай поздороваемся с хозяином.

«Но ведь мы только что прошли мимо него…»

Мужчины расступились, и она оказалась перед игорным столом, за которым сидел черноволосый незнакомец.

Она конечно же сразу его узнала. Сейчас он был гладко выбрит, его вьющиеся волосы были зачесаны назад. Надменные черты лица, нос с горбинкой, решительный подбородок, тяжелые веки и чрезвычайно чувственные губы.

Именно этот человек улыбался ей с палубы яхты «Персефона».

Однако сейчас он не улыбался, а бесстрастно изучал ее из-под полуопущенных век. Он сидел развалившись в кресле, его галстук-бабочка был развязан, а накрахмаленная белая рубашка наполовину расстегнута, открывая ее взору железные мускулы и кожу бронзового оттенка.

В одной руке он держал сигару, а в другой – янтарные четки.

Он не встал, когда она подошла.

Джоанна догадалась, что он сделал это нарочно, дабы продемонстрировать, как мало она для него значит.

«Почему бы тебе просто не запретить мне участвовать в игре? – подумала она. – Скажи моему отцу, что женщинам здесь находиться запрещено. Бог свидетель, я буду очень тебе благодарна».

– О, папа, – прошептала она едва слышно, когда Гастон Лево начал представлять их хозяину. – Сегодня ты просчитался.

И все же она понадеялась на то, что Вассос Горданис мог ее не узнать.

В конце концов, она была совсем не похожа на девушку в соломенной шляпе, за которой он наблюдал.

– А теперь, – произнес мсье Лево с явным неодобрением, – позвольте представить вам мадемуазель Джоанну.

– Ах да, мне сообщили, что она присоединится к нам.

Голос Горданиса был низким и хрипловатым. Он хорошо говорил по-английски, несмотря на заметный акцент. Он оглядел Джоанну с головы до ног. Его взгляд был одновременно оценивающим и презрительным.