Сильнее желать невозможно

Тем не менее взглянула на себя в зеркало и расчесала короткие волосы, думая о том, что в Калифорнии у Люка наверняка были другие женщины. Без веснушек и с более женственными прическами. Скарлетт вздохнула. Все это не важно, она никогда не станет его женщиной. Глупо рисковать собственным сердцем второй раз. Тем более теперь у нее есть маленький Карл, она должна думать и о нем тоже.

Поспешив в свой кабинет, она попыталась сосредоточиться на том, что может понадобиться на ранчо. Собрав сумку, сделала паузу, прислонившись лбом к стене.

«Не позволяй ему снова разбить тебе сердце. Выполни свою работу и возвращайся домой. Общайся с ним как с посторонним человеком», – призывала она себя. Но потом покачала головой. Кого она хочет обмануть, зная, что не сможет прислушаться к собственному совету? Однако необходимо хотя бы помнить, что даже просто мечтать о нем – утопия. Он не любил ее раньше и уж тем более не полюбит теперь, когда она стала женщиной не его круга, очередного миллиардера из списка «Форбс».

У Люка может быть любая женщина, какую он пожелает. Скарлетт видела его фото в журналах и в новостях, где он был вместе с великолепными знаменитостями и красивыми светскими львицами.

Взяв сумку, она вышла из дома. Люк, прислонившись к пикапу, смотрел в телефон. Скарлетт невольно залюбовалась его широкими плечами и мускулистой фигурой. Завидев ее, он убрал телефон и выпрямился, неотрывно глядя на нее. Ей стало понятно, что не обращать на него внимания не получится.

Она почувствовала жар его взгляда, скользившего по ее фигуре, и задрожала. Она разрывалась на части, желая убежать в дом, заперев дверь, орать, чтобы он убирался с их ранчо прямиком в ад, потому что причинил ей боль, и одновременно хотелось броситься в его объятия и целовать до изнеможения. Она вздохнула и крепко сжала ручку сумки, пытаясь думать о чем-то, кроме Люка, его рук и губ.

Люк открыл ей дверцу и потянулся за сумкой, невольно прикоснувшись к руке Скарлетт. Она ощутила прикосновение его большой теплой руки, и у нее подогнулись колени.

Впервые за много лет он дотронулся до нее, и этот легкий контакт воспламенил ее изнутри. Она ощутила нестерпимую тоску, пришлось глубоко задышать и сжать кулаки.

– Я положу твои вещи назад. – Он говорил с хрипотцой, появлявшейся от сильного возбуждения.

Она молча кивнула. Они так хорошо знают друг друга. Он чувствует, когда она его желает, а она видит, как проявляется его возбуждение.