Все время мира

Я обхожу противника и бросаю мяч туда, куда хочу, с такой точностью, что иногда поражаюсь самому себе. Так что да, пусть это и покажется самоуверенностью, но я знаю, чего стою, и уверен, что меня возьмут в команду.

А потом я подумаю, как отобрать место капитана у Задницы младенца.

8

Анаис

Он уже показал мне свои шипы и насколько больно можно о них уколоться.

Все утро меня раздирала ярость из-за того, как поступил со мной Дезмонд, но пока я разминаюсь вместе с другими девчонками перед началом тренировки, я никак не могу перестать наблюдать за отбором новых членов футбольной команды.

Дез уже на поле. На нем шлем, баскетбольные шорты и майка Калифорнийского университета, которая хорошо смотрится на его широкой спине и мускулистых плечах. Спортивная форма только подчеркивает, насколько он хорош собой, и неудивительно, что Брайан неотрывно следит за мной. Дезмонд наделен какой-то темной красотой, и она завораживает.

Даже девчонки из моей команды заприметили Дезмонда и сейчас обсуждают его.

– И каково это, жить в одном доме с таким красавчиком? – спрашивает меня Эллисон.

Я делаю вид, что не слышу ее, и продолжаю разминаться, но Вики заходит еще дальше.

– Он такой нелюдимый! На каждого, кто сегодня пытался к нему приблизиться, он смотрел так неприветливо… Но в нем есть что-то очень привлекательное! Хотела бы я поцеловать его губки, чтобы он перестал их надувать.

Боже мой! У меня едва не вырывается стон отвращения.

Затем Вики слегка задевает меня локтем, чтобы привлечь мое внимание:

– Он же для тебя типа братик, ведь так? Ты могла бы устроить мне свидание с ним? Покажу ему Сан-Диего, например.

«Покажу ему Сан-Диего». Тьфу!

– Хм… Ну… – бормочу я в надежде, что она от меня отстанет.

Горячий пот бежит по моей коже, от чего мое раздражение усиливается.

Я не могу оторвать от него глаз, и он даже не знает, что мои подружки просят устроить им свидание… Но что со мной происходит?

Почему меня волнует этот парень?

Думаю, на самом деле я знаю ответ.

Дело не только в том, что мой отец обязал меня помогать. Дезмонд увидел мои шрамы и, кажется, понял их причину, а главное, как бы это абсурдно ни звучало, я не боюсь, что он будет осуждать меня.

В его взгляде не было ни нежности, ни боли. Только понимание.

Быть может, это и есть причина, по которой меня тянет к нему, пусть он уже и показал мне свои шипы и насколько больно можно о них поцарапаться.