Все время мира

Я могу уступить. Временно.

В стенах школы мне нельзя делать глупости. Ясно.

А вот за ее пределами – совсем другое дело…

Я сажусь прямо.

– Мистер Нельсон, если Майлс хочет помочь мне с учебой, я буду благодарен ему за это.

К счастью, звонок об окончании урока прекращает этот жалкий спектакль. Я наклоняюсь за рюкзаком и вижу перед с собой пару потертых кроссовок.

Снова он!

– Чего тебе? – торопливо спрашиваю я.

– Все то же. Пообедаем вместе? – Захария Кларсон, более известный как Рыжий Зак, ботаник в худшем смысле этого слова, не оставляет попыток сдружиться со мной, словно это его миссия.

Я ухожу прочь, не удостоив его даже взгляда, но он следует за мной.

– Скажи-ка, ты, случаем, не влюбился в меня?

– Спокойно, – смеется он, – мне нравятся девушки.

– Тогда держись от меня подальше. Иди поищи себе какую-нибудь.

Мы проходим мимо шкафчиков. Я останавливаюсь у своего, открываю его и беру учебники для урока физики.

Проклятие! На нас все смотрят. Мне не нравится, когда на меня пялятся эти болваны, да и хитрые взгляды школьниц тоже раздражают.

Я сыт по горло девицами, которые хотят приласкать строптивого беспризорника в надежде дополучить недостающие эмоции.

Я делаю вид, что ищу в шкафчике книжку, которая на самом деле мне не нужна, и когда думаю, что Заку надоело меня ждать, закрываю дверцу. И вновь вижу перед собой этого липучку.

Я фыркаю. Не знаю, сколько раз за день я рискую надавать кому-то по роже. У меня серьезные проблемы с самоконтролем, но ботаник, кажется, этого не понимает.

– Слушай, ты меня заколебал. Проваливай, пока цел.

– Черт, у тебя что, проблемы? – неожиданно отвечает Зак.

Я правда не ослышался?

Впервые Кларсон огрызнулся, и мгновение я стою в недоумении. Он ростом мне по плечо, но стоит признать, сложно переплюнуть мои метр восемьдесят семь. Ему приходится задирать голову, чтобы просто посмотреть мне в лицо.

У Зака полно веснушек на носу и крохотные глазки, меньше которых я никогда в своей жизни не видывал.

Он носит очки в черной оправе, слишком большие для его лица. В общем, Зак по-настоящему уродлив, однако таким, как он, красота и не нужна. Вероятно, однажды Рыжий Зак станет важной шишкой и будет окружен красотками, привлеченными его деньгами, а не физиономией.

Я сжимаю кулаки, чтобы сдержать ярость.

– Кларсон, тебя это не касается. У тебя ровно три секунды, чтобы смыться отсюда, иначе потом тебя родная мать не узнает.