Милые обманщицы

Мона Вондервол? В последний раз, когда Ария видела ее, Мона с миллионом косичек на голове рассекала, как сорванец, на скутере «Рейзор». Сейчас она выглядела даже более гламурной, чем Ханна.

– Похоже на то, – согласилась Ханна. Она повернулась к Арии и Ноэлю – он все еще стоял рядом, – и виновато пожала плечами. – Извините, ребята, мы пойдем.

Ария зашла в класс и плюхнулась за первую попавшуюся парту. Она опустила голову, стараясь восстановить сбившееся от волнения дыхание.

– Ад – это другие, – пробормотала она.

Эта цитата французского философа Жана-Поля Сартра, ее любимая, была идеальной мантрой для Роузвуда.

Какое-то время она сидела, раскачиваясь взад-вперед, и со стороны это выглядело довольно странно. Единственное, что помогло ей успокоиться, это воспоминания об Эзре – парне, с которым она познакомилась в баре «Снукерс». Когда они вместе оказались в туалете, он взял ее лицо в свои ладони и поцеловал. Их рты будто были созданы друг для друга – они даже ни разу не стукнулись зубами.

Его руки опустились ей на спину, потом легли на живот, на бедра. Они словно соединились в одно целое. Да, хорошо, кто-то скажет, что соединились только их языки в поцелуе… но Ария знала, что это было нечто большее.

Она так перевозбудилась, вспоминая об этом прошлой ночью, что сочинила хайку[36 - Жанр традиционной японской лирической поэзии, известный с XIV века.] про Эзру, излив в нем свои чувства – хайку было ее любимой стихотворной формой. Довольная результатом, она занесла его в память телефона и отослала эсэмэской на номер, который дал ей Эзра.

Страдальческий стон вырвался у нее из груди, и Ария огляделась по сторонам. В классной комнате пахло книгами и моющим средством «Моп энд Гло». Высокие четырехкамерные окна выходили на южную лужайку, за которой вырисовывались зеленые холмы. Кое-где деревья уже отливали осенней медью и золотом. Рядом с доской висел плакат с цитатами из Шекспира, а сбоку кто-то прикрепил к стене стикер «ОТ ПОДЛЕЦОВ ТОШНИТ». Похоже, сторож пытался соскрести наклейку, но сдался на полпути.

Может, это перебор – посылать Эзре эсэмэску в половине третьего ночи? Она до сих пор не получила от него ответа. Ария нащупала в сумке телефон и вытащила его. На дисплее светилась надпись: НОВОЕ СООБЩЕНИЕ. В животе что-то ухнуло, закрутилось в вихре облегчения, волнения и предвкушения. Но как только она кликнула «ЧИТАТЬ», ее отвлек голос.

– Прошу прощения. М-м, в школе запрещено пользоваться сотовыми телефонами.