Репутация

– Ты уверена?

– В моей почте ничего нет. – Он начинает меня раздражать. – Ты мне не веришь?

– Нет, но… – На том конце слышны голоса. – Черт, я должен идти, – шепчет он.

И все, разговор окончен.

Я еще некоторое время таращусь в телефон, стараясь понять скрытый смысл. Может, Грег пытается намекнуть, что в его взломанной почте есть что-то, связанное со мной?

– Все нормально?

Ко мне подходит Сиенна. Вид у нее взбудораженный, но не подозрительный – по крайней мере, мне так кажется. Я сую телефон в карман так, будто он раскаленный, и торопливо приклеиваю на лицо улыбку.

– Ага, все окей. – Я внезапно беру ее под руку. – Слушай, может, выпьем чего-нибудь холодненького?

Она прижимается ко мне, нежно и доверчиво. Ничего-то она не знает. И никогда не узнает. Не может быть, чтобы Грег о чем-то проболтался в своих письмах – он так же осторожен, как и я. Потому-то мы с ними так хорошо друг друга понимаем. Потому-то мы на одной волне. Какова она, Райна Хэммонд с олдричского сервера электронной почты? Это та Райна, какой я стремлюсь быть.

Амбициозная. Упорная. Педантичная. Нравственная. Девушка, которой нечего скрывать.

Я бы и в страшном сне не желала утечки данных, касающихся другой меня – той, о которой ни слова в университетской почте. Но я уж позабочусь, чтобы об этом никто никогда не узнал.

4

Лора

Среда, 26 апреля 2017

Мой шестимесячный сын отказывается есть. Я сижу на двуспальной кровати и пытаюсь впихнуть ему в рот сосок, но безуспешно.

Предлагаю бутылочку – тот же результат. Беру с тумбочки пакетик детского питания в надежде, что ему понравится морковное пюре. Не-а. Значит, он отправится в ясли голодным и уже к полудню всех изведет капризами. Намучаются они с ним сегодня.

– Ну, давай, зайка, – снова отстегиваю клапан бюстгальтера для кормящих матерей. – Ну хоть немножко, а?

Фредди выгибается дугой и отворачивается. На его личике почти издевка, будто он понимает, что играет на моих нервах.

– Фредди, ну сколько можно! – страдальчески ною я.

– Ты что, детка? – В дверях стоит мой муж, Олли, и на его широком, на удивление симпатичном лице брезгливость пополам с неодобрением. – Тебе не кажется, что ты на него давишь?

Я закрываю сосок.

– Да просто…

Забрав у меня Фредди, Олли качает его на руках.

– Мамочка злая! – сюсюкает он. – Мамочка тычет тебе сисю?

– Он должен поесть, – раздраженно говорю я, застегивая блузку.