Милые обманщицы. Соучастницы

Ханна невозмутимо глотнула диетической колы из банки, которую стащила из сумки-холодильника. Кейт взяла на себя роль мини-ассистента ее отца, подражая активной стажерке из сериала «Западное крыло»[19 - Американский телесериал, повествующий о внутренней жизни администрации Президента США. Шел на телеканале NBC в 1999–2006 годах.].

– Например?

– Ну, вы могли бы помочь мне отрепетировать слова роли, – предложила Кейт начальственным тоном. От нее разило лосьоном для тела Jo Malone с ароматом инжира и смородины, который она обожала, а Ханне он больше напоминал запах плесневелого чернослива, слишком долго провалявшегося в лесу.

 – В моем тексте три фразы, и я хочу, чтобы они прозвучали безупречно.

– У тебя морщины?[20 - Здесь игра слов: lines в переводе с английского – «слова роли», но также и «морщины».] – ляпнула Ханна, о чем тотчас пожалела. Именно этих слов ждала от нее Кейт.

Как и предугадала Ханна, Кейт с притворным сочувствием округлила глаза.

– О, Ханна, ты хочешь сказать, что у тебя их нет? Вот интересно, почему? – Она отвернулась и поспешила на съемочную площадку, покачивая бедрами.

Блестящие волосы подпрыгивали в такт ее шагам. Несомненно, на лице ее играла широкая улыбка.

Сотрясаясь от ярости, Ханна зачерпнула пригоршню картофельных чипсов из стоявшей рядом вазочки и набила рот. Чипсы оказались со сметаной и луком; обычно она их не жаловала, но сейчас ей было все равно. Ханна воевала со сводной сестрой с прошлого года, когда Кейт вернулась в ее жизнь и стала одной из самых популярных девчонок роузвудской школы.

Кейт по-прежнему ходила в лучших подругах у Наоми Зиглер и Райли Вулф, двух сучек, которые гнобили Ханну еще с тех пор, как Эли/Кортни бросила их в начале шестого класса. После того как Ханна воссоединилась со своими давними подругами, растущая популярность Кейт уже не очень-то ее и волновала, но теперь, когда их четверка снова распалась, Ханна не могла спокойно относиться к Кейт и доставала ее по любому поводу.

– Не обращай ты на нее внимания.

 – Майк тронул Ханну за руку. – Она выглядит так, будто ей в задницу засунули американский флаг.

– Спасибо, – безучастно произнесла Ханна. Слова Майка служили слабым утешением.

Сегодня она чувствовала себя… униженной. Ненужной. В политической жизни нашлось только одно место для блистательной юной дочери, и оно досталось девушке, которой выпала честь произнести на камеру целых три предложения.

Вдруг пискнул сотовый телефон Майка.